И ничего страшного не случилось, верно?
Верно. Правда, он считал меня парнем тогда. Хотя… Он ведь потом сказал, что забывал об этом, видел лишь девушку. Подняла глаза, невольно улыбнулась в ответ на его улыбку, потом посмотрела чуть ниже, сглотнула. Он ведь сам-то без рубашки остался, и если будет меня обнимать, я ведь тоже до него дотронуться смогу? Как давно мечтала.
— Ну же, Элла! У нас совсем чуть-чуть времени осталось. Пожалуйста.
— А я смогу?.. — смутилась, опустила глаза, пошаркала лапкой. И хочется, и…
— Что именно?
— Смогу тоже тебя… потискать? — решительно вскинула глаза на дракона.
Вэйланд на мгновение замер, ошарашенно глядя на меня, потом закивал.
— Всё, что захочешь. Инстинкты — это серьёзно. Им обязательно нужно следовать.
И я решилась. Подхватила рубашку и уковыляла на трёх лапах за ближайшее дерево, такое большое, что за стволом можно было впятером спрятаться. Обратилась, надела рубашку, перед этим с наслаждением её обнюхав — всё же запах Вэйланда ни с чем не сравнится! Подвернула рукава, безуспешно попыталась оттянуть пониже подол, а потом робко вышла обратно на поляну.
"Леди ни за что бы не сделала чего-то подобного. Но учитывая, сколько всего я за последние месяцы натворила, чего леди делать не полагается, хуже уже точно не будет.
Не сделав и пары шагов, оказалась в объятиях Вэйланда. Подхватил, приподнял, покружил. Остановился, так и держа на весу, одной рукой за спину, а второй… ну, пускай за ноги.
— Я мечтал об этом со вчерашнего вечера.
Я тоже. И даже дольше. Когда Вэйланд подхватил меня и закружил, я инстинктивно схватилась за его плечи, просто чтобы не упасть. Но сейчас осознала, что под моими пальцами — голая кожа и те самые выпуклости, которые я мечтала вновь потрогать ещё с того дня, как обмывала раненного дракона. И мне это разрешили!
Осторожно, медленно, провела кончиками пальцев по плечам, а потом ниже, на грудь, туда, где могла, потому что была крепко к той груди прижата, и мало куда получалось дотянуться.
Вроде бы нет, он и сам меня гладил свободной рукой по спине, не знаю, почему, у меня на ней и потрогать-то нечего, гладкая, без выпуклостей. Носом тёрся об ухо и, кажется, целовал в волосы.