Для этого и нужны стражи — удержать и уберечь.
Я предпочла поверить Вэйланду на слово — у него явно гораздо больше опыта общения с младенцами, чем у меня. Собственно, у меня его нет вообще, младенцами младших сестёр и брата я видела лишь на руках у кормилиц, когда нас вечерами приводили и приносили к родителям на несколько минут, и нужно было быть послушной девочкой и хорошо себя вести. Поэтому внимания я на них не обращала — это была лишь «кукла» на руках няни, не более. А общаться с остальными детьми, младшие начинала лет с трёхчетырёх, когда уже были достаточно большими, чтобы мы могли играть в какую-нибудь общую игру.
Но раз Вэйланд так говорит — значит, знает. Кстати, о волосах.
— А почему Бастиану отрезали волосы?
У всех драконов были длинные волосы, у Бастиана даже длиннее, чем у остальных, похоже, он ими очень гордился. Прежде они у него струились ниже лопаток, теперь едва прикрывали уши.
— Чтобы он их не жевал, — пожал плечами Вэйланд. — В этом возрасте малыши всё тянут в рот, в том числе и волосы.
И он нежно поцеловал меня, о чём я мечтала с самого утра, но рядом всё время кто-то был. К сожалению, поцелуй был совсем коротким, нам нужно было идти.
Выйдя во двор, мы застали тот момент, когда Гровер, обратившись в дракона, цеплял на лапу кресло с тщательно пристёгнутым Бастианом.
Мать Бастиана, всё ещё в виде человека, обернулась к нам.
— Простите нас, — шепнула она, и слёзы снова потекли по её щекам. — Мой сын… Мне очень стыдно и больно. Простите…"
"— Не плачь, тётя Ренита, — Вэйланд прижал к себе женщину.
Тётя Ренита — теперь я знаю, как её зовут, — вздохнула, покивала, вытерла слёзы, а потом услышав нетерпеливое:
— Мама, тать! — обратилась и взлетела вслед за мужем.
Бастиан радостно помахал нам, мы помахали в ответ, и четыре дракона улетели куда-то на северо-запад. Почему-то мне показалось, что увидимся мы ещё не скоро. Но скучать по Бастиану я точно не стану.