— А в замке много детей?
Если да, то почему тогда королева так в моего дракончика вцепилась?
— Сейчас — ни одного, — покачал головой Вэйланд. — Но замки строятся на века и тысячелетия. Сейчас нет, но были прежде и будут позже. Когда-то, в древности, были случаи, когда малыши, удравшие от мам и нянек, например, проснувшись среди ночи, выпадали из окон. И не всегда успевали обратиться, да и крылья не всех могли удержать от падения. Получали травмы, а кто-то даже погиб. Страшная трагедия. Вот тогда-то и пришла кому-то в голову светлая мысль — ставить на окна не механический, а магический запор.
— Понятно… Значит, мне окно не открыть?
— Я для тебя его открою. Сниму защиту совсем. Даже без магического замка оно закрывается достаточно плотно, от сквозняка не распахнётся.
— Спасибо. А что ты ещё умеешь? Я просто читал, что драконы владеют магией, но что конкретно это означает? Что вы можете?
— У меня, как и у всех мужчин королевской семьи, больше всего развита боевая и защитная магия, ну и бытовая по мелочи, то, что умеют все.
— А почему именно боевая и защитная? Она врождённая?
— Нет. Мы все рождаемся с одинаковым магическим потенциалом, но развиваем его в разных направлениях. Невозможно уметь всё, приходится выбирать. Чаще всего это связано с семейным занятием, дети часто выбирают путь своих родителей, но бывают и исключения.
— Да? А у нас сын пахаря всегда будет пахарем, сын сапожника — сапожником, сын воина — воином. И даже если захочет выращивать цветы — кто ж ему позволит? Семье нужен помощник, отцу — подмастерье. У нас так все живут.
— Но у вас нет нашей магии, которая, порой, играет решающую роль.
— Подстраиваться? Переориентировать?
— Элай, ты знаешь, что такое магия?
— Это то, что помогает нам меняться, а вам — открывать окна и… снимать ошейники.
— Верно. Но, не знаю, как у вас, а у нас, драконов, изначально магия нейтральна.