Выяснить бы, что именно он сделал и как можно это исправить!
— Что ж, мне всё понятно, — пришлось изобразить смирение. — Теперь я могу идти?
— Думаю, мне не нужно напоминать вам о том, что вы не должны обращаться в полицию или к знакомым? Любое подобное ваше действие будет иметь понятные последствия. Мне важно сохранить свою деятельность без лишнего внимания со стороны. Иначе о вас тоже могут узнать. В самом неприглядном свете.
— Не хотелось бы вас разочаровывать, но охранники вряд ли не зададутся вопросом о том, куда я пропала и что делала.
Вряд ли Скульптор предвидел, что я заявлюсь в лавку мистера Карнаги с сопровождением. Это могло сбить его с толку и нарушить его планы.
— Не беспокойтесь, об этом я позаботился, — сразу развеял он мои надежды."
"Но не успела я подумать о том, как это вообще возможно, как холодный быстрый укол вновь пронзил мне шею — только теперь с другой стороны. Очнулась я на стуле в мастерской, где по-прежнему не горел свет.
Ничего не понимаю! Неужели за это время моё отсутствие никого не насторожило?
Я встала на слегка ослабевшие ноги и, едва их передвигая, вышла. Оба охранника стояли внутри, у двери и смотрели перед собой, медленно моргая, словно кто-то замедлил для них время.
— Эй! — окликнула я их. — Вы меня слышите? Никакой реакции.
Я подошла ближе и осторожно потрясла одного охранника за рукав. Сквозь ладонь пронеслось лёгкое покалывание. Мужчина очнулся и, недоуменно морща лоб, взглянул на меня. Пришёл в себя и его товарищ. Видимо, некое хитрое заклятие, которое на них наложили, исчезло лишь в момент прикосновения.
А этот Скульптор явно знает своё дело!
— Вы закончили? Едем? — совершенно невозмутимо поинтересовался охранник.
“Эй! меня не было здесь два часа!” —захотелось взять его за грудки и встряхнуть.
— Да, едем. Нужно навестить…
Звякнул дверной колокольчик, и в зал вбежал мастер Карнаги. Его шейный платок был повязан наспех, криво, а причесаться он, похоже, и вовсе забыл. Едва владея собой, он поправил съехавшее с носа пенсне.
— Мисс Рейнфрид! — затараторил с порога.