— Бедная моя девочка! Такое происшествие в день свадьбы! — запричитала она и сразу же бросилась меня обнимать, будто я была на грани обморока, хотя в чувство скорее нужно было приводить её.
У двери встали двое охранников, явно не собираясь оставлять нас для приватного разговора.
— Нужно вызвать полицию, — напомнила я, косясь на них.
Они напоминали надзирателей в тюрьме, и всё происходящее на самом деле их совсем не тревожило.
— Я уже вызвал, — отец кивнул. — Не стал спрашивать твоего разрешения. Знаю, ты поступила бы так же.
— Позовите старшего дворецкого, — успокаивающе гладя мать по плечу, распорядилась я.
Именно сейчас все работники дома должны почувствовать мою твёрдость, иначе не примут меня хозяйкой в отсутствие графа, сколько бы оно ни длилось. И, кажется, начало было положено.
Один из охранников нехотя отлепился от своего места и ушёл, второй остался, внимательно следя за всем происходящим.
— Выйдите! — повысила я голос. — Вам никто не давал приказаний держать меня под стражей!
Мужчина нахмурился.
— Мы отвечаем за вашу безопасность.
— Я в безопасности. Вы обыскали весь дом и никого не нашли, верно?
Охранник дёрнул желваками и сложил руки на груди.
— Верно.
— Тогда выйдите! Вы нервируете мою мать!
И хоть та была расстроена совсем другими обстоятельствами, возражать не стала. Отец одобрительно улыбнулся, как только охранник покинул гостиную. Но наверняка он просто встал снаружи, поэтому нужно быть осторожной, чтобы не сболтнуть лишнего.
Скоро пришёл старший дворецкий: мужчина в зрелых годах и, сразу видно, большим опытом в управлении дома.
— Мистер Карон, — я встала, поправляя пояс халата, надетого поверх домашнего платья. — Велите горничным срочно подготовить комнаты для всех, кто вынужден был задержаться в Квиткосте. Скоро прибудет полиция.
— Хорошо, миссис Брорнаред, — кивнул мужчина.
Меня передёрнуло от непривычного обращения.
Я немного привела себя в порядок и в сопровождении родителей спустилась в огромную гостиную, где собрались все гости. Увидев меня, они сразу пришли в тревожное возбуждение, но я подняла руку, призывая всех успокоиться.
— Уважаемые господа, — проговорила громко.