Одно дело – искать неизвестного молодого человека, примет которого ты даже не знаешь, и совсем другое – навести справки про генерала, который работал на таком посту. Ладно, давай сделаем так. Увидимся завтра вечером, и я постараюсь тебе что-нибудь рассказать о Неверове. Договорились?
– Спасибо. Вы меня всегда выручали. Можно еще одну просьбу?
– Давай.
– Мне нужны даже не его биографические данные, а воспоминания о нем его близких друзей. Идеальный случай, если бы мы смогли найти кого-то из тех, с кем он работал.
– Это я понимаю.
– Может, кого-то из оставшихся друзей, – продолжил Дронго, – мне важно узнать, каким человеком в жизни он был. Не следователем, а именно человеком.
– Понятно. Тебе нужна информация из первых рук. Хочешь «засветить» старика. Ладно, что поделаешь. Буду искать тебе кого-нибудь из прокуратуры, там у меня раньше было полно знакомых. В общем, до завтра. Я тебя жду ближе к семи часам вечера.
– Еще одна просьба, – быстро сказал Дронго, – будьте осторожнее.
– В каком смысле?
– За исчезновением Неверова могут стоять определенные люди, которым вдруг да не понравится ваше любопытство.
– Хорошо, что предупредил. Учту. До свидания.
Дронго отключил телефон. Это был аппарат, взятый Эдгаром на чужое имя в Новгороде. Таких телефонов было несколько, и пользовались ими по мере необходимости, чтобы не дать возможности кому бы то ни было прослушать их разговор и выйти на собеседника.
На следующее утро Дронго позвонил в приемную Деменштейна. Ему сразу ответил приятный женский голос.
– Добрый день, – вежливо поздоровался Дронго, – извините, что я вас беспокою. Можно Регину к телефону?
– Конечно, – удивилась молодая женщина. В их офисе не было принято звонить по личным делам, тем более по городскому телефону. У Регины был свой мобильный. Но она переключила телефон на старшую.
– Я вас слушаю, – сказала Регина. У нее был низкий, прокуренный голос.
– Добрый день, – еще раз произнес Дронго, – вас должны были предупредить. Меня обычно называют Дронго.
– Да, я знаю, – несколько растерялась Регина.
– Я хотел бы с вами встретиться. Но не на службе. Где мы можем увидеться?
– До семи часов вечера я на работе.
– А в обеденный перерыв?
– У нас нет обеденных перерывов, – усмехнулась Регина, – в нашем офисе хорошая кухня. Мы все здесь питаемся.
– В таком случае я вынужден буду прийти к вам, – решил Дронго, – хотя мне этого пока очень не хочется. Может, вы сумеете убедить Льва Давидовича отпустить вас на один час.