Голова сильно закружилась.
Захотелось лечь.
И уснуть.
Вечным сном.
— Извини, мне нехорошо, — вырываюсь из объятий. — Пойду в свою комнату.
Не дослушав речь мужчины до конца, разворачиваюсь и ухожу."
"Плевать, что он там придумает. Я знаю лишь одно — он не изменит своего решения. Никогда! Умолять бесполезно.
Всё-таки Карим монстр.
Я ошиблась!
Глупо было полагать на то, что есть надежда.
Он не безнадёжен…
У него нет ни сердца.
Ни души.
Есть лишь глубокая чёрная дыра в области груди.
В которой копошатся и живут мерзкие черви.
Мне не хотелось выходить из комнаты вообще. Интерес к жизни угас. Проще и правда натянуть верёвку над карнизом, и…
Ночь прошла как на иголках. Мне снились кошмары. Один за другим. Живот из-за переживаний стал твёрдым, а поясницу покалывало. Я заставила себя не думать о плохом ради здоровья ребёночка, но… утром на нашу семью обрушилось горе.
Спустившись к завтраку, я не обнаружила Карима за столом, как обычно, увидела лишь прислугу. Девушки выглядели грустными и поникшими.
— Почему вы надели черную форму? — удивляясь, спрашиваю я, присаживаясь на стул, стоящий напротив обеденного стола.
— Так ведь… Госпожа, — печально вздохнула Марина. — Траур.
— Что, прости?
— Сегодня ночью… самолёт Эльдара Асадова разбился. Не выжил никто. Карим Рамзанович… он закрылся в своём кабинете и никого к себе не пускает.
Глава 31.
Прошли почти сутки, но Карим так и не вышел из кабинета.
Надо что-то срочно делать.
Я беру запасные ключи у служанки, направляюсь к кабинету. На свой страх и риск открываю дверь, вхожу.
В помещении царит полутьма. На столе стоит фотография, обтянутая чёрной лентой, с изображением на ней немолодого мужчины. Карим сидит на полу, сжимая пустую бутылку виски. Рядом ещё одна лежит. Тоже пустая.
Его глаза закрыты.
Он не двигается.
Кажется, будто не дышит.
— Карим! — я бросаюсь к нему, опускаюсь на колени и крепко обнимаю мужа.
Сейчас мне хочется просто… просто его обнять.
Ведь он выглядит таким несчастным.
Я испугалась. Подумала, он не дышит… Его глаза были закрыты. Но сейчас мужчина смотрит на меня.
— Что случилось, прошу расскажи.
Целую его щеки.
Глажу дрожащими ладошками лицо, которое покрыто колючей щетиной.
Уныло качает головой.
— Идем, пойдём выйдем на свежий воздух. Так нельзя. Тебе нужно поесть.