Туалет в их дворе давно можно было бы отмыть и привести в порядок, но странное дело — в последнее время обитатели двора, все больше заботясь о внутреннем убранстве своих квартир, совсем забросили предметы и места общего пользования — уличные фонари, водопроводную колонку и этот туалет, настолько загаженный, что там негде было ступить ногой. Когда Хоу Жуй, не выдержав, решил сам вычистить туалет, его поступок был весьма неодобрительно встречен старожилами двора, почувствовавшими в этом непростительный со стороны молокососа вызов.
Тут Хоу Жуй спохватился, поймав себя на столь долгих размышлениях о туалете: «Что за смехотворные мысли, в самом деле, или и в этом тоже проявляется моя никчемность?» И он горько улыбнулся.
В голову против воли полезли мысли о недавней встрече, перед глазами всплыло толстое лицо Гэ Юханя, которое он меньше всего хотел бы сейчас видеть, но человеку, видимо, не дано управлять своим потоком сознания.
Хоу Жуй особенно выходил из себя, сравнивая условия жизни Гэ и своего друга Цай Боду, тоже их однокурсника.
"Цай был главным сценаристом одной из театральных трупп. Его пьесы в последнее время имели шумный успех, не сходили со сцен и экранизировались, вышли отдельными изданиями, были переведены на иностранные языки. Пресса помещала о нем хвалебные рецензии, телестудия приглашала на встречи с телезрителями, по словам Гэ, Цай Боду «вознесли до небес». А как он жил? Цай был уже в зените славы, когда наконец благодаря новому политическому курсу поощрения деятелей литературы и искусства смог переехать из тесной клетушки, где ютилось четыре человека, в маленькую двухкомнатную квартиру.