Сложно сказать.
В целом, раздача пищи чем-то напоминала нашу и даже с некоторыми нововведениями.
Правда, подносов здесь не было вовсе, а все приходилось носить в руках. Так же не было кастрюль на столах, не было скатертей, дежурных. Вся посуда на раздаче, да и той немного. Ложки небольшие, плоские и неудобные, а вилки гнутые, с тремя зубцами.
— Не стесняйся, Громов! — капитан слегка хлопнул меня по плечу. — Как говорил Иван Васильевич из комедийного фильма, все оплачено!
Копченов смело взял небольшую, но глубокую глиняную тарелку с острым чечевичным супом — там было около десятка уже наполненных тарелок.
Я ограничился «баба гануш» — это такое пюре из обжаренных баклажанов с приправами и чесноком, ещё попросил кебаб в томатном соусе, и также лепешку и чай мате.
Как же я скучал по этому виду чая — он замечательно расслабляет, если его правильно заваривать и пить. Что-что, а и в Сирии иногда и мне доводилось найти хорошие вещи. Правда, изначально чай мате пришел сюда из Южной Америки, но быстро пришелся по вкусу и прижился в целом.
Вообще у арабов все блюда со специями, непременно острые, с резким вкусом. И это не просто так, бытовало мнение, что так не только придавался особый вкус блюдам, но и позволял сохранять еду дольше.
А ещё у них было очень много самых разных сладостей.
— Ну так что, лейтенант… — наворачивая суп собственной ложкой, что он достал из кармана, поинтересовался капитан.
— Ни то, ни другое… — отозвался я. — Пообещали быстрый карьерный рост, потому я здесь. Я думал, вы в курсе.
— В курсе, но всего ведь и не запомнишь. Да и много чего на бумаге нет, хотя я твое дело видел еще несколько дней назад. Тебя же сюда не комитет отправлял, так?
Честно говоря, тут я задумался — хрен его знает, кто меня отправлял на это пока ещё, непонятное задание.