Она бы стала звать тебя, не будь там что-то серьезное?
Мартин коснулся нити третьей Рудлог, все еще светящейся золотистым.
– Не думаю.
– Я могу попробовать докачать тебе резерв, – что-то прикидывая, неуверенно проговорила Виктория.
– Ну конечно, – пробурчал он. Огладил ее по спине, пощекотал грудь. – Чуть живая Вики будет докачивать мне источники. Лучше еще раз пусти в ход зубки, дражайшая супруга. Кажется, ты нашла верный способ воскресить твоего полудохлого мужа. Ай, Вик, кусаться, а не щипаться.
Дражайшая супруга призывно взглянула на него, и Мартин подхватил ее под бедра, прижал к стенке бочки.
– Но она так помогла нам, – пробормотала Вики, сжимая его крепкие ягодицы и запрокидывая голову: оживший муж со знанием дела целовал ее в шею. – У меня резерв до сих пор растет. С накопителями пробовал?
– Пробовал, – прогудел Мартин бессвязно. – Накопителя на Зеркало уже не хватает… Да, Вик, люблю, когда ты так делаешь… Я как увидел, что первый за секунду опустел, прекратил даже пытаться.
– Естественно, – она обхватила его крепче, потянулась к его губам и, прежде чем поцеловать, проговорила: – Я всегда с тобой, Март.
Они целовались так яростно, так лихорадочно касались друг друга, вжимая в стенки бочки, что вода плескала на землю.
– Барон? Баронесса? – раздался извиняющийся голос из-за деревьев.
Виктория глухо застонала, и Мартин, витиевато и длинно выругавшись, повернул голову.
– Да?
– Генерал Дорфингьер собирает срочное совещание. Просит вас обоих быть там.
– Час назад мы получили радиограмму от рудложских партизан, – говорил генерал.