Стань диким!

Это же очень опасно!

При упоминании о предводительнице Горелый покачал головой. Он смотрел затравленно, в глазах его застыл ужас.

— Смотри никому не говори, ладно? — шепнул он. — Я выжил и даже наловил еды. Ну и все, нечего вспоминать.

— Это сегодня ты выжил! — фыркнул Огонек.

— Ш-ш-ш! Коготь на нас смотрит. Ешь и молчи! — прикрикнул Горелый. Огонек пожал плечами и стал жевать. Горелый ел торопливо, стараясь не встречаться с Огоньком глазами.

— Оставим еды Клубку? — спросил он чуть погодя.

— Он пошел к Пестролистой, — прошамкал — Огонек с набитым ртом.

 — Он порезал лапу. Не знаю, когда он вернется.

— Хорошо, оставь ему что хочешь, — проговорил Горелый слабым голосом. — А я что-то устал. Надо полежать.

И он полез в пещеру. Огонек остался возле пня один. Он сидел и смотрел, как лагерь готовится ко сну. Придется рассказать Горелому о подслушанном разговоре. Он должен знать, что ему угрожает опасность."

"Коготь лежал рядом с Бураном, они беседовали. Но краем глаза он поглядывал на пещеру учеников.

Огонек зевнул, чтобы показать Когтю, до чего он устал. Потом встал и пошел к Горелому. Горелый спал. Но при этом он перебирал лапами и шевелил усами, и Огонек догадался, что друг его видит сон. То, что это плохой сон, стало ясно, когда Горелый вдруг тоненько замяукал и завизжал. Вдруг черный кот вскочил и стал бешено озираться вокруг, испуганно тараща и без того огромные глаза. Он выгнул спину дугой, шерсть на хвосте его стала торчком.

— Успокойся, Горелый! — стал уговаривать его Огонек.

 — Ты дома, на своей постели. Никого здесь нет, только я! Горелый уставился на него, не узнавая.

— Да я это, я, — повторял Огонек. Горелый заморгал и, кажется, узнал своего приятеля. И тут же упал на подстилку как подкошенный.

— Горелый, — серьезно мяукнул Огонек. — Я должен тебе кое-что рассказать. Я сам это случайно услышал прошлой ночью, когда ходил в лес за диким чесноком… Горелый по-прежнему дрожал, уткнувшись носом в моховую подстилку. Но Огонек не отставал:

— Горелый, я слышал, как Коготь говорил Частоколу и Долгохвосту, что ты предал Грозовое племя.

Он сказал им, что ты потихоньку сбежал от нас во время похода к Пасти и рассказал Сумрачному племени, что наш лагерь не охраняется. Горелый повернул голову к Огоньку.

— Но я этого не делал! — испуганно крикнул он.

— Конечно, не делал, — согласился Огонек. — Но Частокол и Долгохвост поверили, и Коготь убедил их, что от тебя нужно избавиться. Горелый не мог произнести ни слова, он задыхался.