Старикам тут не место

Только сунешься на лестницу и я стреляю.

Человек промолчал. Не исключено что он немой.

Стой тут, сказал Мосс. И ни шагу дальше.

Человек остановился. Мосс отступил к лестнице, последний раз взглянул на него стоящего в тусклом желтом свете настенных светильников затем повернулся и бросился вниз перепрыгивая через две ступеньки. Он не знал куда бежит. Так далеко он не заглядывал."

"Из-за стойки в вестибюле торчали ноги ночного портье. Мосс не стал задерживаться. Выскочил в парадную дверь и скатился с крыльца. К тому времени как он пересек улицу Чигур уже был на балконе гостиницы.

Мосс почувствовал как дернулась сумка на плече. Пистолетный выстрел прозвучал как приглушенный хлопок, неясный и слабый в черной тишине города. Он вовремя обернулся чтобы увидеть вспышку второго выстрела неяркую но различимую в розовом сиянии пятнадцатифутовой неоновой вывески гостиницы. Он ничего не почувствовал. Пуля чмокнула рубашку и по плечу заструилась кровь и он бросился бежать сломя голову. Следующая пуля ужалила в бок. Он упал но тут же вскочил оставив ружье Чигура валяться на асфальте.

Черт! сказал он. Как стреляет!

Он шатаясь пробежал по тротуару мимо театра «Ацтек». В маленьком круглом билетном киоске когда он поравнялся с ним посыпались стекла. Он даже не слышал выстрела. Он резко развернулся и выстрелил из обреза. Дробь ударила по балюстраде второго этажа выбив несколько стекол. Когда он снова обернулся машина мчавшаяся по Мейн-стрит поймала его в лучи фар замедлила скорость и снова ринулась вперед. Он свернул на Адамс-стрит резко затормозившую машину занесло на перекрестке и она остановилась в облаке резинового дыма.

Мотор заглох и водитель пытался завести его. Мосс встал спиной к кирпичной стене здания. Из машины вышли двое и побежали через улицу к нему. Один открыл огонь из компактного автомата малого калибра и Мосс дважды выстрелил в них из обреза а затем хромая побежал дальше чувствуя как кровь течет между ног. Взревел заработавший мотор.

Когда он добрался до Гранд-стрит позади уже гремела бешеная пальба.

Бежать не было сил. Он увидел себя в витрине магазина на другой стороне улицы – локоть прижат к боку, на плече болтается сумка, а в руке обрез и кожаный кейс, темный и нелепый в витрине. Когда он снова посмотрел в нее то увидел что сидит на тротуаре.

Вставай сукин ты сын, сказал он. Не подыхать же здесь. Поднимайся черт бы тебя побрал.

Он перешел Райан-стрит, в сапогах хлюпала кровь. Он расстегнул молнию на сумке затолкал в нее обрез и застегнул.