Даже поделился, как в начальной школе увел «девушку» у Данияра Истомина.
Что ж, умеет мой Мирон очаровывать… Этого у него не отнять!
Но я не думала, что рядом с ним мне будет так легко и спокойно. Можно быть собой, не стесняться своей скованности, неопытности.
Все, как он и говорил: нет барьеров, нет запретов.
Ради него.
— Знаешь, мои родители очень любят спрашивать о планах на будущее, — говорю я. Но этим вопросом вовсе не пытаюсь выведать у Мирона что-то лишнее, мне просто нравится его слушать.
— Жизнь — штука непредсказуемая.
Боже, его смех сводит меня с ума!
И как в такого не влюбиться? Да рядом с Миронов у меня крылья вырастают и будто второе дыхание открывается. В душе все поет и ликует. А в сердце так и щемит. Я… Я его просто обожаю. Он — мой воздух, мое небо!
И что бы не случилось, вопреки всему я…
Я буду шептать его имя.
Вместо стихов…
Вместо романов…
Вместо молитв…
— Подарок откроешь? — спрашивает Мир, когда мы располагаемся на полу.
А я и забыла про него…
Дергаю за атласный бант и поднимаю крышку. А там телефон последней модели. Тоненький такой. Золотистого цвета."
"— Нет… Я… Я не могу это принять… — возвращаю Миру коробку, буквально впихивая ее ему в руки. — Это очень дорогой подарок. Мирон, ты не должен… И… А что, если мы ну… Расстанемся. Я… Не могу, понимаешь?
Савельев тут же меняется в лице.
— Ты не «не можешь», ты должна́ принять, — рычит Мирон. — Я хочу радовать тебя! Хочу приглашать на свидания. Хочу дарить подарки. Да и твой телефон… Прости Ань, но он же совсем древний, — и снова обнимает до хруста костей. — И не смей говорить про расставание, поняла? Ты — моя особенная.
И я сдаюсь.
Горячий поцелуй — вместо благодарности, вместо тысячи слов.