Я проскользнула в дом, поднялась на второй этаж, дошла до окна, которое выходило на крышу сарая, вылезла из него, осторожно прокралась до самого дерева, остановилась и тихонько прокукарекала. Нелли тут же задрала голову, расхохоталась и, так как до нее наконец дошел мой замысел, начала хлопать в ладоши. «Только не поскользнись и не упади», – предостерегла она. «Пускай даже шею сломаю, но сливы заполучу», – я не собиралась отступать и по скату крыши добралась до самых ветвей. «Ура!» – закричала Нелли, когда на нее посыпалось множество слив.
К счастью, сарай был невысокий, трава густая, ветви сливы смягчили мое падение, и я отделалась испугом да шишкой на лбу. Нелли с набитым сливами ртом уже начала рыдать, но я сразу вскочила на ноги и успокоила ее. Я падала не впервые и больше тревожилась из-за того, что мне достанется мало слив.
Мы посидели какое-то время, молча обмениваясь тоскливыми взглядами и пытаясь грызть незрелые кислые, твердые сливы, когда Нелли вдруг предложила: «А давай-ка лучше их сварим. Они тогда станут вкусными, и можно их не сразу съесть, а отложить в ведерки на потом». «Вот это правильно, – обрадовалась я. – Тем более что на кухне очаг еще тлеет. Дэбби всегда в это время подвешивает чайник над углями.
"Мы тихонько прокрались на кухню и, стараясь не поднимать шум, принялись за работу. Огня в большом очаге уже не было, но угли по-прежнему тлели. Мы их раздули и вместо посапывающего чайника поставили на огонь кастрюлю со сливами, причем налили столько воды, что из нашего варева уж точно не вышло бы ничего путного.