Она положила перед Фредрикой бумажку с номером телефона:
– Вот номер председателя жилищного совета. Он наверняка может найти ее в своих списках. Мне позвонить, или ты сама?
Фредрика пожала плечами. После того как она обнаружила Алекса и Петера уединившимися в «Логове льва», ей было как-то не по себе.
Что-то произошло. А от нее скрывают.
– Могу позвонить сама… Послушай, ты не знаешь, в последние дни ничего необычного не случалось?
Эллен не поняла ее коряво сформулированного вопроса.
– Я имею в виду – в расследовании.
– Нет, как мне кажется, – ответила Эллен, но в ее глазах читалась неуверенность.
Солгала? Фредрику не покидало чувство, что время уходит, как песок сквозь пальцы. Тут можно с ума сойти! В могиле обнаружено еще одно тело – еще один человек, которого забросили туда сильные руки, бесцеремонно распоряжающиеся чужой жизнью и смертью."
"«Кто ты? – подумала Фредрика. – Ты, который крадется через лес – раз за разом, десятилетие за десятилетием, неся свидетелей, которых заставил замолчать?»
Спенсер?
Эта мысль не имела права на существование, была изгнана еще до того, как оформилась до конца.
Что могло толкнуть человека на такие поступки? Фредрика опасалась, что жертв было куда больше, теперь трупы мерещились ей под каждым деревом в лесу. Разум подсказывал, что так быть не может. Однако в том деле, которым она занималась, здравого смысла вообще было не много.
Спенсер.
С ним пыталась связаться Ребекка Тролле. Он входил в тот же киноклуб, что и Теа Альдрин. И упорно молчит о том, почему напряжен и мрачен.
Проклятье! Еще не хватало сидеть и проливать слезы на своем рабочем месте!
Она посмотрела на бумажку с номером телефона жилищного совета. Там жила Хелена, купившая золотые часы. Фредрика подняла руку, чтобы набрать этот номер. Но набрала совсем другой – коммутатора Упсальского университета, через который можно было связаться с заведующим кафедрой литературоведения Эрландом Мальмом.
Спенсер никогда не простил бы ей этого звонка. Но она должна узнать правду. С Эрландом Мальмом ее не связывали особо доверительные отношения, но, как самый близкий Спенсеру человек, она имела право позвонить и выяснить, что произошло. Во всяком случае, она убеждала себя в этом.
Эрланд ответил – все тем же сочным низким голосом, как и обычно.