Несмотря на то что о реформе не было оглашено публично, тем не менее, командование военно-морских сил мгновенно уловило неприятный ветер перемен и приготовилось бороться с ним.
Главнокомандующие флотов не напрасно переживали — министр уже нашел тех, кому надлежало их заменить. Но озвучивать эту идею он благоразумно не стал, чтобы не устроить большую адмиральскую склоку.
«Они его не сдадут», — рассеянно вслушиваясь в звучавшие реплики, вновь подумал глава министерства ВМФ. В данный момент он находился под гнетом глубокого сожаления, адмирал Нильсон мог стать великолепным пробным камнем, сбивающим впоследствии куда большие фигуры.
Заседание высшего руководства военно-морского флота закончилось ничем, пришлось эту говорильню прервать, распустив собравшихся адмиралов. Выбрав подходящий момент, министр подошел к главнокомандующему Тихоокеанским флотом.
— Нам нужно побеседовать в приватной обстановке.
Грузный мужчина с большим морщинистым лицом и массивным носом походил на старого пирата.
— Это можно расценивать как приглашение к вам в гости или хотите напроситься ко мне?
«Старый пердун, маразматик, еще хорохорится», — так расценил дерзость старого моряка министр, но выражение доброжелательности не сошло с его лица.
— Нет-нет, я хочу пригласить вас в свой кабинет для неофициального разговора."
"Демократия имеет множество преимуществ для тех, кто стоит над серыми людскими массами.
— Если желаете, можем побеседовать прямо сейчас, — сменил тон адмирал.
— Желаю, — сухо произнес министр и первым двинулся по коридору в сторону личного лифта.
Разговор с главкомом глава министерства решил провести не в рабочем кабинете, а в своей личной комнате отдыха, все-таки беседа предстояла неформальная.
Когда адмирал разместился в удобном кресле, министр предложил:
— Что-нибудь выпьете?
— В это время я обычно пропускаю стаканчик-другой рома, — хмыкнул старый морской волк.
«Ну точно, пират, даже пьет пиратское пойло», — ухмыльнулся министр, рассматривая содержимое своего бара. Главнокомандующего он решил угостить стаканчиком кубинского рома, себе на дно пузатого бокала плеснул немного выдержанного бренди.