Ты составишь мне компанию?
— Нет, — резко ответила Наталья, потом немного подумала и решила объяснением смягчить свой отказ: — Здесь очень опасные воды — если не нападут акулы, то запросто нарвешься на какую-то другую гадость в виде электрического ската или ядовитых медуз. А у нас слишком напряженный график. Так что лучше прими ванну и отдыхай.
— Спасибо, подруга, что предупредила, а то я, по своей наивности, точно вляпалась бы во что-нибудь, — по-прежнему не унималась блондинка, только уже по другому поводу.
— Да, и воду из-под крана не вздумай пить, если не хочешь в своем организме устроить рассадник тропических паразитов, — посоветовала подруге Серпень, прежде чем отключить телефон.
Генерал Гончарин был лишен такой привилегии своих подчиненных, как право на отдых. Он только и успел, что осмотреть свои апартаменты, да наполнить небольшую флягу из нержавейки марочным коньяком, как сразу же отправился в Бангкок на встречу с делегацией, которая уже две недели как оборудовала павильон достижений авиации России.
Следовало торопиться. Министр обороны, узнав, что русский коллега собрался в столицу, предложил свой вертолет, на котором возвращался с доклада королю.
— Разложишь вещи и выясни, как тут у них со жратвой, — распорядился генерал, обращаясь к своему ординарцу. — И смотри: чтобы никаких жареных пауков или охлажденных мозгов макак. Пища должна быть простая, но привычная — скажем, жареная свинина с картошкой или рис с морепродуктами, на худой конец курица гриль.
Министерский вертолет оказался устаревшей моделью американского противолодочного геликоптера «Си-Кинг». Винтокрылая машина с продолговатым туловищем фюзеляжа и закругленным лодочным носом была выкрашена в бледно-салатовый цвет, с бортов горделиво смотрели большие яркие эмблемы таиландской армии. Над черными колесами шасси нависали продолговатые, похожие на небольшие торпеды поплавки, позволяющие садиться вертолету на воду.
В центре фюзеляжа находилась едва заметная дверца с закругленными краями.
«Отчего все туземцы так любят помпезность?» — минуя гвардейцев, мимоходом задал себе вопрос генерал Гончарин.