3 февраля 1909 года было совершено нападение на квартиру хозяина мелочной лавки на углу Нижне-Амурской и Хаминовской улиц. Бандиты убили всех, кто был дома. Хозяина, Ивана Егошина, сначала пытали, а потом размозжили ему голову. Так же поступили с его женой, пятилетним сыном и квартирантом Полуэктовым. Семимесячной дочери, которая лежала в бельевой корзине, заткнули рот тряпкой, а потом перерезали шею. Удалось спастись лишь четырехлетнему сыну хозяина, который догадался спрятаться в шкаф. На другой день по его показаниям полиция произвела арест подозреваемых.
Коллежский советник изучил учетную карточку на Гоги Иосишвили. Уроженец все той же Кутаисской губернии, он был приговорен к двенадцати годам каторги за убийство почтальона. Бежал с этапа, прятался в Иркутске. Год назад был арестован при облаве и помещен в тюремный замок. Снова бежал, распилив решетку и покалечив часового. Теперь выяснилось, что негодяй командует отрядом боевиков при Николае Ононашвили.
Через день империи Нико был нанесен сильный удар. На станции Иннокентьевской железнодорожные жандармы взяли пятерых грузин с тяжелым багажом.
Алексей Николаевич узнал об успехе жандармов от полицмейстера. Бойчевский сказал не без зависти:
— Вот так люди звезды в погоны и получают. А ты лови всякую шелупонь и сиди в коллежских регистраторах. Поглядите, чем приходится заниматься!
Василий Адрианович протянул питерцу отношение за подписью уездного воинского начальника.
— «Прошу немедленно снять с запасного нижнего чина Пятого Восточно-Сибирского стрелкового полка Абрама Ханова Гольденгурова носимые им знаки отличия Военного ордена второй, третьей и четвертой степеней, все без номеров, впредь до выяснения его прав на ношение их». Это как понять?
— Так и понимайте. Еврейчик попал на японскую войну каптенармусом. Ошивался при кухне.