Много усилий затратили, чтобы поджечь пусть сухое, но твердое, как камень, дерево. А когда капище запылало, почти каждый вытер пот с чувством глубокого удовлетворения.
Господь дал им меч, чтобы повергать чужих богов и утверждать Его власть. А так как нечестивые боги существуют только в дереве и камне, то сейчас их власть исчезает, взамен приходит власть Господа. Владыки всех и вся. И те, кто его не признает, — злостные мятежники, которых надо истреблять без жалости и милосердия."
"Гваделуп знал, что, как медведи в лесу, так и грады лютичей похожи один на другой, как капли воды.
Подойдя к этому граду, он густо выставил стрелков из лука, Те часто метали стрелы, и над тыном не решались подниматься защитники.
Под прикрытием стрел пешие быстро забросали ров жердями, бревнами, вязанками хвороста. Когда края рва сравнялись, быстро набросали щиты. Под ним к стене сразу подбегут сотни воинов, уже с крючьями, умелые, знающие. Многие из них не первый раз карабкались на чужие стены, рубили защитников, врывались в грады, сея ужас и смерть.
Перед крепостью-градом лютичей выстроились цепью метательные машины. Их соорудили здесь же на месте, после того как убедились, что прямым штурмом крепость не взять, а на осаду уйдут месяцы. Гваделуп благословил небо, что надоумило его взять в обоз не столько цепей для сковывания попарно невольников, как настаивали короли французский и император германский, а жгуты, запасные части и вороты для баллист.
По знаку Гваделупа взвились в воздух тучи камней.
Рыцари спешились, в три ряда подступили к стенам. За ними колыхалась темная масса кнехтов — тяжеловооруженных, озлобленных, готовых тяжесть похода и гибель боевых друзей выместить на всех, кого встретят за стенами города, будь это женщины, дети или собаки.