— Какая связь между чашей и осадой? Там какие-то мутные идеи святости, а мы люди трезвые, нам не до религии... в такой мере, а осаду ведут такие же трезвые, как и мы. Им важно успеть задушить росток протеста против короля. Пока не поднялись другие бароны.
Томас беспомощно развел руками.
— Отец, я тоже мыслю, как и ты... Вернее, мыслил. Но я, к своему великому изумлению, в своих странствиях столкнулся с силой, превосходящей мощь королей и даже императоров. Да, есть демоны, которые правят миром через своих преданных слуг, среди которых есть рабы, жонглеры, рыцари, священники и короли.
— Ты... ты говоришь страшные вещи. Уверен, что это правда?
Томас опустил ладонь на рукоять меча.
— Отец, вот этим мечом... ну, почти этим, раз в нем теперь гвоздь с креста Господня, я сразил самого главного демона из Тайных Тьмы!
Сэр Торвальд отшатнулся, но лицо сына было торжественным и серьезным. Глаза смотрели грозно.
— Тогда, — сказал сэр Торвальд, — кто же помешает теперь?
— Отец, у Тайных нет королевства, которое можно захватить.
будет, все по-честному. Правда, мне показалось, что наши должны въезжать слева, а как известно, все зло на левой стороне, как Господь сотворил дьявола из левого уха, женщину из левого ребра, черт сидит на левом плече, неверные мужья ходят налево... Но, возможно, я сам перепутал левую руку с правой, ибо тогда у меня гудела и кружилась голова, словно я все еще падал с башни Давида.
Они вышли из подвала, навстречу бежал встревоженный сэр Эдвин. Увидев Томаса целым, вздохнул облегченно, обнял. Томас нетерпеливо отстранился.
— Дядя, я спешу. Тебе и отцу придется на время остаться без меня. Отец все объяснит.
Бегом он поднялся к своей комнате. Стражи стояли наготове, на полу пламенели лужи крови. Томас спросил быстро:
— А где Джон и Айвен?
— Айвен убит, Джону перевязывают раны, — ответил один из стражей.