После его смерти туда с внешнего носителя, флешки, поместили документы, изготовленные якобы Киселевым. После того как фальшивую информацию откопировали, человек, которого мы вчера видели, занес вирус и уничтожил следы подделки. Мы вовремя успели и по жесткому диску смогли разобраться, что к чему. А у тех, кто получил только копии, на руках оказались подложные документы».
«И в них про сенатора?»
«В них про любовь. Извне на компьютер Киселева поместили двести двенадцать дневниковых записей, охватывающих период свыше года.
Начинаются они торжествами по поводу того, что Наталья развелась. Всякая чепуха на тему: „Наконец-то между нами не стоит это ничтожество Валерик“. Потом описания их встреч, занятий сексом, мечты о совместном будущем. С каждой записью все больше и больше о злодее папаше, который не только стоит между влюбленными, но и сам имеет на Наталью виды как на любовницу. Стоит убрать злодея, и преграды для счастья рухнут.
Вообще некоторые моменты, описанные в его дневниках, созданы явно под воздействием творчества Ирины де Сад. У нее половина сексуальных сцен происходит в служебных кабинетах, тут тоже, но только события происходят в кабинете Натальи. А так сами действия переписаны как под копирку, но своими словами и с учетом обстановки в ее офисе»."
"«Кто это – Ирина де Сад?»
«Некто пишущий порнографическую прозу, рассчитанную на мужчин после сорока лет.
Несмотря на псевдоним, ничего садистского или мазохистского в его творчестве нет. Как правило, сюжет рассказов незамысловат и касается взаимоотношений мужчины, обычно женатого и неудовлетворенного в браке, и распутной девушки. Девушка практически всегда с виду непорочная наивная простушка. Потом, как говорит сама Ирина: „…в ней раскрывается нестандартный подход к сексу и неутомимая тяга к познанию нового“. Почитай ее самый известный рассказ „Затерянные в офисе“.
Остальные такие же».
«Можно по творчеству Ирины де Сад понять, кто автор – мужчина или женщина?»
«Практически нет. В ее рассказах отсутствует индивидуальность. Просто описание действия. А ощущения во всех порнографических произведениях передаются одними и теми же эпитетами. Тут ничего нового он или она в мировую литературу не внесли».
«В целом дневники большие по объему?»
«Больше трехсот страниц книжного формата.
