И не его одного, – я сделал паузу, выставив перед собой согнутую руку с поднятым вверх указательным пальцем, – я вам и заказчика представлю.
Моя рука опустилась, и палец показал куда-то в пустой коридор:
– Я всем назову его! До свидания, господа!
Начальник следствия на всякий случай обернулся проверить, не указываю ли я на конкретного человека у него за спиной. Городилов стоял, внезапно замерев. Воспользовавшись моментом, мы быстрым шагом прошли к лестнице и спустились вниз.
– Геннадьевич, зачем ты так демонстративно-то? Врагов, что ли, мало? Мог бы подождать до поры до времени.
– Объясни мне, чего ждать? Того, что они сами придут и покаются? Не дождемся.
В автомобиле я продолжил:
– Посуди сам, что мы имеем. На винтовке палец Киселева, в его квартире патроны. Совершенно достоверно, что из этой винтовки убили Сарибекова. Мотив есть. Без диска мотив не очень достоверный, но все-таки есть. Киселев – покойник, и всех, совершенно всех он устроит в роли убийцы. Теперь что есть у нас: совпадения в текстах рассказов Ирины де Сад, посланиях «Ареса» и «дневниках» Киселева? Ну и что? Я думаю, что их автор Инна.
– Тебе не показалось, что Городилов просто не понял, про какую Ирину ты им втолковываешь?
– Показалось. Он только смекнул, что мне откуда-то известно содержание «дневников», и сейчас он начнет поиск утечки информации, а когда поймет, что мне никто ничего не рассказывал, то соберет их всех на совещание решать, что же делать дальше.