То есть сначала мне навстречу вывернула большая машина, темная такая, и я испугалась, что мы сейчас столкнемся. Она очень быстро ехала на меня. По крайней мере, мне так показалось.
— Так показалось или ехала?
— Не знаю, Лель, правда. Я водитель не очень опытный, поэтому могла и понапрасну перепугаться. В общем, в какой-то момент я решила, что мы сейчас столкнемся, и резко вывернула руль, потом со всех сторон все замелькало, и я свалилась в кювет.
— А та машина? Неужели даже не остановилась?
— Не знаю. Когда я вылезла из машины, наверху стоял какой-то мужик, было не разобрать, кто это.
— Понимаю, что ничего не понятно, — довольно сердито сказала Лелька. — Странно это как-то. Неопытная женщина съезжает в кювет, а водители двух машин даже не пытаются предложить ей свою помощь.
— Ну что, отошла немного? — весело спросил Воронов, залезая на переднее сиденье. — Все, Лель, поехали, эвакуатор я отправил, машину они прямо на станцию отвезут, к дяде Паше.
— А кто такой дядя Паша? — спросила Лера, отчаянно зевая.
— Отец моего школьного друга, автосервис у него, — ответил Дмитрий. — Так что за недельку-другую выправит он ваш автомобиль, будет как новенький.
Леля завела машину и плавно тронулась с места.
"— Вот еще что, Соболева, — Дмитрий снова повернулся к Лере, уютно свернувшейся клубочком под найденным на заднем сиденье пледом. — А я ведь нашел внучку этого самого Тихона Демьяновича, водителя твоего деда. Все чин чином. Встретились, переговорили. Правда, про Ланских она ничего не знает, и про клад изразцовый тоже. Говорит, что дед перед смертью все пытался что-то рассказать из своего боевого прошлого, да она особо не слушала, потому что считала, что все эти рассказы про какие-то изразцы печные — старческий маразм.
— М-м-м-м, — промычала Лера, которую под шуршание колес неумолимо клонило в сон.
— Да ты спишь уже, — засмеялся Дмитрий.