— Каждый день в молитвах вас поминаю! Да хранит вас бог!
— Ну, и хорошо, — подвел я итог, старясь побыстрее отделаться от надоедливого хозяина трактира. Да и спать уж очень хотелось, денёк-то выдался непростым! Все, что было мне надо, я выяснил, пора на боковую.
Я сел на кровать… и заснул, даже не успев толком раздеться, почему-то навалилась такая усталость, что глаза закрывались сами собой. Видимо, все-таки сказывались события предыдущих дней — не все же по развалинам лазать и в лесу ночевать.
Спал я крепко, мне не мешала ни возня внизу, ни стук дверей и звук отворяемых ворот, ни скрип ступеней под осторожными шагами — на то и постоялый двор, чтобы гости приезжали. Разлетающиеся остатки сна еще мелькали в моей голове, когда я почувствовал холодное прикосновение металла к моему горлу. С усилием воли попробовал разлепить глаза и — о чудо! — у меня это получилось. Но на этом все чудеса и закончились — я увидел банальный огонек масляной лампы, да какие-то мутные хари вокруг моей кровати.
— Шевельнешься — и я перережу тебе горло, — глубоким, властным голосом произнес владелец кинжала у моего горла.
— М-м-м… тогда уж лучше полежу…
— А ты, как вижу, у нас шутник? — зло бросил мне в лицо потенциальный «горлорез». — Ну, что ж, теперь моя очередь смеяться, кузнец! Ты пожалеешь о том дне, когда тебе в голову пришла мысль отыскать след Хлуда Косы! Я не даю пустых обещаний, и теперь ты простишься с жизнью за то, что пошел против меня!
В комнату набилась какая-то несусветная куча рож, но эпичнее всех, естественно, выглядел Хлуд.
Хлуд Коса был выдающегося роста, жгучий брюнет с лицом, заросшим бородой, большим породистым носом и пронзительными темными глазами навыкате.
Похоже, мы серьезно влипли. Ко всему прочему, я сильно беспокоился за Дану. Как бы эта самоуверенная девчонка сходу не наделала глупостей, хоть бы ей хватило ума держать язык за зубами.