Так-то оно понадёжнее будет. Теперь он ещё и говорить не скоро сможет…
Крики, топот ног, блестящая со всех сторон сталь…
10
Когда на пороге моей камеры появился Сото Эспин — на этот раз уже настоящий, я, приподнявшись с лежанки, отвесил ему вежливый поклон.
— Приветствую вас, барон! Как самочувствие вашей милости?
Повод для шуток был, что называется, налицо — скулу гостя украшал основательный синяк.
— И ты туда же… — отмахивается гость.
Поискав глазами, и не найдя требуемого, шарахает кулаком по двери.
Та тотчас же открывается — на пороге застыл дежурный надзиратель.
— Стул!
— Как будет угодно вашей милости! — и тюремщик буквально дематериализуется. Впрочем, он отсутствовал недолго — как по мановению волшебной палочки, в камере нарисовался требуемый предмет. С сомнением его оглядев, барон поворачивается к надзирателю.
— Вина! И два стакана! Закусить… ну и … сам там посмотри!
Так, надо полагать, что немедленное усекновение глупой башки мне пока не грозит. Уже хорошо…
Выпили.
— У вашей милости вино куда лучше…
— Пойло… — соглашается Эспин. — Так чего ж ты хотел — тюрьма!
— Графская, однако…
— А в городской тебе и пива бы не предложили.
Меня аж передёргивает — местное пиво? Уж лучше — хлеб и вода!
— И кто подвесил вам это украшение?
Собеседник мрачнеет и щедро плескает мне аж полстакана.
— Нашлись тут… умники…
Короче, всё обстояло достаточно хреново.
Вечером барон подцепил… ну, не совсем, чтобы гулящую девку — но, вполне себе смазливую. Не графиню, разумеется — но и не дочь трактирщика, как некоторые… Покувыркались, вполне, кстати, неплохо, а потом она и предложила любовнику вина.
Мол, для поднятия сил.
Тот и выпил.
И в результате проснулся в каком-то подвале, раздетый и обезоруженный. В окружении нескольких неприятных личностей.
— Среди них был маг — и очень, скажу я тебе, опытный!
Так что барона выпотрошили до донышка. Правда, выясняли не так-то уж и много. Ключ от фамильного сейфа их явно не интересовал.
А вот распорядки при дворе графа — очень и очень.
— У них кто-то там точно есть! Или был…
Получив ответы, компашка взялась за создание личины.
Эспина привязали к столбу, раздели, немилосердно приласкав при этом кулаком — в целях успокоения, и маг создал из стоящего напротив злодея точную копию моего знакомца. После чего лжебарон надел одежды Эспина — и стал вовсе неотличим от оригинала.