7
В карету граф садился в прескверном расположении духа. Почувствовав это, его спутники тактично молчали, никак не комментируя произошедшее.
Подъехав к зданию Канцелярии, карета остановилась у парадного крыльца, и, похлопывая перчатками по руке, его светлость выбрался на улицу.
— Позволено ли мне будет говорить, Ваша Светлость? — нарушил молчание телохранитель-рукопашник.
— Не сейчас, Артиз… — покачал головою граф. — Мне надо подумать…
— Возможно, это чем-то поможет вам, Ваша Светлость.
Дел удивлённо поднял взгляд на телохранителя.
Молчаливый здоровяк Артиз Харц вообще открывал рот крайне редко. А уж чтобы обратиться к хозяину напрямую… такие случаи происходили и вовсе… да почти никогда!
— Слушаю тебя. Только побыстрее, мне ещё к министру двора сегодня надо попасть.
— Да, Ваша Светлость, я постараюсь быть кратким. Как вы знаете, мы с Баленом всегда стараемся изучать тех людей, с которыми предстоит встречаться Вашей Светлости.
Глава Канцелярии кивнул — он сам установил подобный порядок.
— Разумеется, я же сам этого от всех и требую.
— Так вот… мы внимательно прочли все сведения об этом человеке. Ну… об этом кузнеце…
— Да понял я! Дальше-то что?
— Всё то время, пока вы с ним говорили, я ждал — когда же он ударит? Не я один — у Балена тоже кое-что было наготове…
— Ну, он не дурак — уже по вашему виду можно понять, чем может закончиться такая попытка.
Здоровяк покачал головой, не соглашаясь с хозяином.
— Он — не трус. Человек, который одолел церкана в рукопашном бою, вполне смог бы биться со мною на равных.
— Я и не говорил, что он чего-то испугался, — пожал плечами граф. — Просто разумно прикинул все варианты — и не двинулся с места. Один против троих… шансов мало.
— При освобождении семьи Фидо соотношение было ещё хуже — но он не отступил.
Глава Канцелярии усмехнулся.