Едва придя в себя, Гэйз попросил вызвать кого-нибудь из членов шайки. Те тотчас же примчались и засыпали атамана всякими сообщениями. Некоторые из которых явно ему не понравились… атаман ощутимо помрачнел. И теперь кабачок охраняют десятка полтора угрюмых и недовольных злодеев. Правда, сомневаюсь в том, что они выдержали бы такое же нападение, как утром… Но главарей дружественных и враждебных шаек они знают, так что посторонних постараются задержать снаружи. Хотя, воровскому папе это уже мало чем поможет…
Никаких приветов и пожеланий долголетия — вошедшие ещё с порога поняли, что тут всё достаточно фигово.
Ещё один… а потом сразу трое…
Словом, человек десять их набралось.
Под благовидным предлогом отлучаюсь в заднюю комнату и там основательно вооружаюсь. Кольчуга у меня и так под плащом надета — ещё с утра, так теперь я ещё и меч привесил. Свой — привычнее мне с ним. А трофейный… ну, пусть полежит пока. Стилеты в рукава, кинжал давно уже на месте — можно выходить.
А тут, похоже, и без меня вполне обошлись — спор уже вовсю идёт.
И достаточно жаркий, на лежащего воровского папу особо и не оглядываются. Понятное дело — кусочек-то жирный!
Присаживаюсь сбоку, в первые ряды мне лезть незачем. Шансов занять место Гэйза, как правильно сказал старичок, у меня немного. Так нечего и пробовать…
Перепалка продолжалась уже минут десять, всё время повышая градус накала, но тут, наконец, поднял руку и раненый.
И гул голосов стих.
— Маттир… — прохрипел воровской папа.
— За этим дело не станет, — пожимает плечами мужик средних лет. — Лекарь сказал, что тебе осталось немного.
— Пусть так! — неожиданно твёрдым голосом отвечает главарь. — Но пока — я жив! И я старше! Сядь!
Мужик нехотя замолкает.
— Смотрю… вы тут уже всё поделили… — усмехается воровской папа. — Не рано ли? Я ещё не сказал своего слова!
Похоже, это какой-то местный обычай — и воры умолкают.
Гэйз обводит помещение глазами.
— Сядьте… так, чтобы я вас видел… сразу всех.
И он указывает рукой на место.
Главари, ворча что-то под нос, рассаживаются. При этом они бессознательно кучкуются, руководствуясь одними им ведомыми причинами и предпочтениями. Тот самый Маттир, вместе с пятеркой своих… единомышленников, надо думать? Так вот, они садятся несколько особняком. От прочих криминальных авторитетов их отделяет несколько столов. Вообще, в кабачке пусто, посетителей никаких сегодня нет — и не ожидается.