– Стив Джобс его кумир из интернета, – девушка ведёт себя чересчур скованно. А я даже знаю, почему. Обычно такая бойкая. Шумная. А тут…
– Да! И когда я вырасту, я тоже обязательно буду разрабатывать свои компьютерные платформы!
Славный мальчишка.
В душе что-то шевельнулось. У меня бы и у самого сейчас мог бы быть вот такой обаятельный малолетний засранец. Но… Судьба распорядилась по-другому.
– Так она у Вас новая? – Гриша кивком головы снова указал на серебристое творение немецкого автопрома.
– Да. Дня три, как купил.
– Зачёт! А можно за рулём посидеть? Хоть минутку! – да хоть десять.
– Гриша! – почему она такая строгая? Что тут такого? Мальчишка в восторге от хорошего авто, я бы своего тоже не упустил и напросился попасть вперёд. Да даже на заднее сидение! И то было бы для меня великим счастьем в его возрасте.
– Юль, я очень аккуратно, правда! – пусть парнишка побалуется. В конце концов, я ведь не вести ему позволю.
– Можно. Разрешаю даже завести.
– А ключи где?
Уверенно вкладываю в щупленькую ручку увесистый чёрный брелок.
– Обижаешь, малыш. Там кнопка запуска. Надеюсь, найдёшь.
– Офигеееееть!
– Только дверь плотно закрой.
– Конечно! Спасибо!
Прошло всего две секунды, а малыша уже и след уже простыл. Перевёл тяжелый взгляд на свою сотрудницу. Она растеряна. Это видно.
– Глеб Викторович, – тон её, как всегда мягок, но сейчас в нём без труда можно разобрать нотки извинения, – насчёт денег… Я отдам.
Таааак, ясно.
– Юля. Деньги – это самый верный и быстрый способ всё уладить. Не волнуйся, ничего отдавать не нужно. Считай, что я выписал тебе месячную премию по результатам работы, и ты уже её потратила.
– Глеб Викторович, тогда я всё равно буду Вам должна.
– Возможно, я и сам когда-нибудь попаду в передрягу, и в твоих силах будет меня вытащить.
Смотрю на девчушку и не могу в толк взять. Что в ней такого привлекательного? Может, её жизнерадостный характер? Может, какая-то особая чистая и светлая аура? А может, внутри что-то дрогнуло, когда я услышал о том, что её отец разбился на самолете? Скорее всего, всё вместе взятое. Но особенно, последнее. Потому что я на собственной шкуре испытал, что значит терять любимых.