— Ромаа-а-а, — бужу, — просыпайся.
Он мычит что-то невнятное.
— Уже пол-одиннадцатого.
— Что, правда? — рывком поворачивается ко мне и разлепляет глаза.
— Да нет, двадцать минут седьмого. Тебе вот сообщения пришли, я подумала, вдруг важно.
Он щурится на свет от лампы, потом на экран своего мобильного. Спросонья не соображает, что видит, — и его трудно не понять, между прочим. К такому нас жизнь не готовила. Переводит недовольный взгляд на меня, потом снова на экран, затем замирает, его глаза расширяются. А сам он напрягается.
Если честно, реакция Демина выглядит настолько забавно, что я едва не прощаю его мгновенно. Но, конечно, держу себя в руках.
— Яна, это че? — он снова пялится на экран. — Я тебя завтра так же разбужу, фотографией гениталий под нос.
— Не узнаешь? — елейным голоском. Он опять смотрит на мобильный. Ведомая обидой, я тычу телефоном ему прямо в лицо, он отшатывается, недовольно морщится.
— А должен?
— Женщина без тебя мучается, а ты делаешь вид, что вы незнакомы.
— Это че, мне пришло? — просыпается мгновенно. Выхватывает из моих рук мобильный, слегка краснея при этом. Читает сообщения и ругается себе под нос. Я встаю, выпрямляю спину и гордо выхожу из комнаты, оставляя его с поклонницами наедине.
Глава 36
Весна за окном — ранняя, пока еще грязная и будто голая. Остатки серого снега сиротливыми кучами тают по обочинам дороги, из-за проблем со стоком возле моего подъезда образовалась огромная лужа.
Упаковавшись в спортивные штаны и майку, это чудовище подходит ко мне вплотную и пытается обниматься. Отшатываюсь, передергиваю плечами, будто сбрасывая с них платок.
— Яночка, это вообще фигня какая-то, прости, — его примирительный тон бесит еще сильнее. Он чувствует себя виноватым, и мне хочется, чтобы он страдал. Прямо сейчас и сильно. Берет меня за руку, я ее довольно грубо освобождаю и скрещиваю руки на груди. Смотрю в окно, полностью его игнорируя.
Демин стоит позади еще пару мгновений, затем открывает холодильник, что-то оттуда достает. Нашел время для приема пищи! Бесчувственный, безразличный.