Стыдно не будет

Он знает, как сильно я люблю эти ласки, тягучую прелюдию, всегда щедр на них.

Одна его рука скользит по краю белья, оттягивая резинку, которая ощутимо впивается в кожу. Пробирается под тонкую ткань трусиков спереди. Он смотрит в мои глаза, пока поглаживает лобок, продолжает смотреть, когда нежно расправляет мои складочки, касаясь клитора, большой палец совершает круговые движения, заставляя трепетать. Внизу живота горячо, я предельно готова для его агрессивного вторжения. Я хочу сказать, что люблю его.

— Тебе все нравится? — вместо этого.

Кажется, он увлекся, играет со мной. Но пусть, я доверяю.

Трусь об его пальцы, склоняюсь к губам, чтобы лизнуть или поцеловать его.

— Продолжай, — он меняет наше положение: садится прямее, подгибает ногу, давая мне больше свободы. Смотрит, любуется. Поддерживает меня. Мы так возбуждены, сердца у обоих колотятся на разрыв. Мы создаем сказку из ничего, буквально из воздуха. — Я хочу посмотреть, как ты кончишь от моих пальцев.

Он проникает в меня сначала одним пальцем, затем двумя, дрожь нетерпения пробегает по телу, и я сжимаю их собой, желая, чтобы он тоже дрожал.

Получается — он сбивается от того, что ощущает. Скоро я почувствую его в себе. Возбуждение топит с головой, кисть его руки уже мокрая, он прекрасно это чувствует, по глазам вижу — дуреет.

Он жадно трахает меня пальцами, я впиваюсь ногтями в его плечи, но совсем недолго:

— Все. Нахрен, — вдруг перебивает мои стоны. Поспешно стягивает с себя шорты с бельем, сдирает остатки одежды с моих бедер и насаживает меня на себя сразу полностью.

До упора. Я все еще сверху, но он моментально перехватывает инициативу. Отчаянно меня трахает. Выходя на всю длину и вколачиваясь снова. Раздразнила. Наслаждайся. Трахает, пока я полностью не растворяюсь в ощущениях. В нем. Меня больше нет. Я кусаю кожу на его шее, отчаянно цепляюсь за его надежные руки, а потом плачу. От эмоций. От сумасшедшей, поглотившей меня любви, которая разрывает душу.

— Яна, Яночка, малышка, ты в порядке? Тебе больно? — он пугается, услышав всхлип, но я тут же спешу успокоить:

— Все прекрасно, — задыхаясь.

 — Я просто хочу быть только с тобой. Всегда только с тобой.

Он очень тяжело дышит, смотрит, как я силюсь улыбнуться:

— А если честно?

— Меня растрогали твои слова. Мне стало страшно, я не хочу никогда ни с кем спать, кроме тебя. Только не оставляй меня, пожалуйста, — по глазам вижу, он не понимает, к чему я это сейчас. Поэтому быстро добавляю: — Это ПМС, я на эмоциях. Не обращай внимания.