— Было дело, — усмехаюсь тому дикому пиршеству, которое я слушала по большей части из-за закрытой двери моей комнаты.
— Ты тогда что-то совсем немного побыла и ушла. И хорошо, я чуть кони не двинула на следующий день от похмелья. Иванкин потом на парах нам такой треш устроил, что самих хоть на патанатомию в качестве экспонатов забирай.
Мне с ней неловко. И явно Алина пошла за мной в ванную не для того, чтобы вспомнить университетские будни.
— Слушай, Фомина, — Алина облизывает губы. — А этот Лёха, друг Вадика, и правда твой брат?
— Сводный, — пожимаю плечами.
— А ты не знаешь, у него есть девушка?
— Я не знаю, Алин, мы мало общаемся.
Я одёргиваю платье, поправляю волосы и выхожу из ванной.
29
Музыка в гостиной стихла, и слышен гул голосов что-то обсуждающих. Даже скорее всего требующих.
— Ну пожалуйста, пожалуйста! — капризно пищит Жанка, хлопая в ладоши, а потом радостно визжит.
Я вхожу в гостиную, когда Алексей усаживается в кресло в центре, подогнув под себя ногу, и укладывает на колени гитару.
— Лекс, давай ту, кипеловскую, она у тебя вообще круто получалась, — просит Вадим.
— Я в ней куплеты путаю, — Шевцов подтягивает струны, аккуратно поворачивая колки. — Вадик, кто тебя так учил настраивать гитару?
Вадим пожимает плечами, все затихают во внимании.
"Но Алексей умеет удивлять. Он начинает петь тихо, но постепенно его голос обретает уверенность. Не высокий, но чистый, лишённый хрипотцы. Слушатели едва дышат, замерев в ожидании.
Так бесконечна морская гладь,
Как одиночество моё.
Здесь от себя мне не убежать
И не забыться сладким сном.
У этой жизни нет новых берегов,
И ветер рвёт остатки парусов.
Алексей играет проигрыш, бой по струнам становится увереннее и агрессивнее. Понимаю, что замерла в дверном проёме, и только сейчас решаюсь войти, но мне не хочется своим присутствием всё портить. Просто остаюсь в самом дальнем углу гостиной. Думаю над словами песни, понимая, что Шевцов действительно очень одинок при всей его смелости и самостоятельности.