И сразу же мысленно пришлось признаться самому себе, что уже и не представляю жизни без этой улыбки и едва заметных ямочек на щеках.
— Прости, — извинился, доставая из кармана завибрировавший вдруг телефон.
— Ничего, — рассмеялась она, услышав, что ее смартфон тоже запиликал.
— Да. — Ответил, увидев, что на экране высветилось «Киселев».
— Артем? — Послышался голос старого знакомого.
— Да. Привет.
— Можешь говорить?
— Угу.
— Понял. — Киселев прокашлялся. — Ко мне сегодня приходил следак из СК, какой-то майор Лунев.
Вдохнул, выдохнул.
— Хм. Угу. — Перевел взгляд на Варю, которая тоже разговаривала в этот момент с кем-то по телефону.
— Задавал вопросы, интересовался твоим прошлым и тем делом с алюминием.
— Угу. Понял тебя.
— Сказал ему все, как есть. Что перекупил твой бизнес.
Вздохнул, заметив, что Варя сильно напряглась.
— Спасибо.
— Ну, будь здоров.
— И ты.
Положил трубку и дождался, когда она выслушает своего собеседника до конца. Варя нажала «отбой», убрала телефон дрожащей рукой в карман и растерянно взглянула на меня:
— Только что нашли труп девушки на пляже.
* * *"
"Предрассветные сумерки сгоняли ночь. Из блеклого тумана постепенно проступали неясные очертания берега — самая кромка воды, одинокие пустые скамеечки, лежаки, старые покосившиеся грибочки с натянутым на крыши рваным солнцезащитным тентом. И целые километры мягкого песка в сонной тишине прибрежной линии.
Утренняя прохлада стелилась по нашим ногам, в небе уже слышались крики пробудившихся птиц.
Мы подбежали ближе, и я сразу заметила длинные борозды, вьющиеся хищной змеей по песку от тела убитой до зарослей магнолии. Их уже фотографировали и изучали криминалисты.
— Он убил ее там, в кустах, — надломленным голосом произнес Артем, — а потом притащил сюда… Зачем?
— Для нас. — Ответила хрипло и коротким кивком головы поздоровалась со своими коллегами. — Чтобы мы видели.
Толпа расступилась, пропуская меня вперед.
— Не успела ты поспать, Варвара, — сказал Анатолий Палыч, отступая назад.
— Не ложилась. — Подошла вплотную к телу и задержала дыхание.
Совсем юная. Готова даже поспорить, что невинная.