"
"Но друг его только кашлянул, прикрыв рот ладонью, чтобы скрыть улыбку, и молча последовал за Эмори. Они пересекли внутренний двор. За ними тянулась чуть не сотня солдат, участвовавших вместе с Эмори в многочисленных битвах. Эти люди решили остаться с ним, услышав, что он собирается стать владельцем поместья.
— Не сомневаюсь, что вы так и поступили. Уверен в этом, — холодно заметил Рольф, похлопывая его по спине. — Я, разумеется, уверил сестру, что все так и обстоит. Она очень волновалась, ожидая пас, — добавил он, затем, уже у самой часовни, приостановился и, повернувшись к Эмори, тихо произнес:
— Обращайтесь с ней хорошо, или мне придется вас убить.
Он проговорил это таким веселым тоном, что растерявшемуся Эмори оставалось только хлопать глазами, когда тот двинулся сквозь расступающуюся толпу к часовне.
— По-моему, тебя предостерегли, — ухмыльнулся Блейк, наблюдая, как Рольф присоединился к стоявшим у дверей часовни епископу и женщине, и, глядя на них, сдвинул брови: — Господи Боже, у нее такой вид, словно она собралась на похороны!
Эмори посмотрел на ту, о которой шла речь, и растерянно открыл рот.
— Ну… по крайней мере она не верзила… и не щепка…
— Да, фигура у нее роскошная, — заключил Блейк, разглядывая миниатюрную, с пышными формами женщину. Черное платье и черная вуаль вновь заставили его поморщиться: — Однако я, кажется, ошибался насчет силы ее желания вступить в брак. Думаешь, она и в самом деле любила Фалька? — обернулся он к другу. — Слушай, закрыл бы ты рот, а то муху проглотишь.
Эмори, спохватившись, процедил сердито:
— В чем дело? Это такая шутка, что ли? Одеться в траур на свадьбу! Ждать в часовне! Я что, с ума схожу?..
— Милорд, — нетерпеливо позвал его с порога часовни епископ. Он неодобрительно хмурился. — Не медлите!
Женщина в черном, до сих пор стоявшая к ним спиной, обернулась и, с любопытством поглядев на них, быстро отвернулась. Только вуаль мелькнула.
— Наверное, Эмори, она и в самом деле уродина. Может, поэтому она так торопится обвенчаться с тобой? Чтобы ты не успел разглядеть ее лицо до женитьбы.
Эмори угрюмо насупился. В голове у него крутилась только одна мысль: может, стоит вскочить на коня и умчаться отсюда подальше? Но тут же плечи его распрямились. «Возьми себя в руки! Будь мужчиной! — сурово приказал он себе. — Подумай о поместье».
Тяжело вздохнув, он выпрямился и двинулся сквозь толпу с ощущением, что идет на виселицу.
Эмма заставила себя больше не оборачиваться. Она сразу заметила двух незнакомцев.