Предположение, пришедшее оборотню на ум, заставляли мужчину замереть, а волка мысленно завыть. Хотя он знал, что подобное ещё сотню лет назад практиковалось в империи — не повсеместно, тайно: и уж конечно, никто не стал бы делать ничего подобного с родным ребенком, но…
Лиам на секунду задумался — возможно, стоит всё оставить на своих местах:.
Милена не кажется забитой безвольной куклой… но ему не нравилась её готовность к подчинению.
Волк внутри Лиама подначивал мужчину поскорее выяснить правду. И Лиам. взвесив все за и против, всё — таки согласился спустить зверя и напугать Мили: чтобы унюхать старое колдовство, которое давно впиталось в тело и душу.
Частично перевоплотившись, он подтянул ничего не понимающую девушку к себе и одним движением превратил её нижнюю рубашку в лоскуты.
Обнажённая, она была чудо как хороша: белая фарфоровая кожа, прикрытая копной черных длинных волос: яркие красные губки и серые, светлые как горных хрусталь, умные глаза.
Она не закричала, не пыталась убежать; Милена просто прижала к себе лоскутки рубашки, застыв на месте. Она дрожала — не от холода, от страха; и этот тошнотворный запах — запах страха, которого он и добивался, заполнил его ноздри.
Опрокинув свою новобрачную на песок, Лиам провёл острым когтём по её плечу — так, чтобы несколько капелек крови выступили на белоснежной коже. Придавливая собой сопротивляющуюся Милену. Лиам провёл широким языком зверя по нанесённой им ране — пробуя на вкус кровь с её кожи.
И стойкий запах болотного хнкегега — редкой, но сильной по своими свойствам. травы, тут же ударило по носу оборотня.
Заметив совсем загнанное выражение лица у Милены, Лиам посмешил откатиться в сторону, произнеся перед этим:
— Я не обижу тебя. Верь мне. Никогда не обижу.
Его суженая кивнула — но в глазах стояли слёзы.
— Это было необходимо, — произнес Лиам, одевая на Милену с помощью тьмы новую рубашку.
Девушка продолжала тихо плакать, держась рукой за нанесённую им рану.
— Вы говорили, что я могу уйти? — спросила она, едва справляясь с рыданиями. — Могу подняться наверх.
— Милена… — Лиам хотел было объяснить причины, заставившие его поступить подобным образом. Но его новобрачная была уже и так на грани настоящей истерики — и он не захотел добавлять ей ещё страданий. Чуть позже он расскажет ей правду — а сейчас Лиам лишь коротко кивнул, открывая портал рядом с девушкой.