— Я должен был проверить, — нахмурился Тревис. — Должен был!
— Но ведь ты каким — то образом нашёл парня, — произнёс Лиам.
— Это он нашёл меня, — покачал головой вождь озёрного клана. — По словам Нейла младшего, обернулся он очень поздно — в лет шестнадцать. Сильно испугавшись — и испугав этим всю семью своей матери, он только тогда узнал правду про родного отца. В общем, парень долго искал, как с нами связаться… и, когда мы совсем недавно купили интересовавшие мой клан земли у обедневших равнинных дворян — показался перед моими поспанниками.
— В результате ты получил наследника, который больше человек, чем оборотень, — заключил Лиам.
Тревис кивнул.
— Он быстро учится…
— …. и иногда совершает ошибки, — закончил Лиам. — Прежде, чем воспитывать в нём оборотня, начни воспитывать в нём вожака. Ведь его гибель неминуемо скажется на всём клане.
— Пожалуй, ты прав. — немного помолчав, согласился Тревис. — Дункан, как ты смотришь на то, чтобы парень погостил у тебя подольше?
Дункан фыркнул и насмешливо посмотрел на своего старого друга.
"— То есть ты и дальше будешь добрым дядюшкой, а я злым цербером, муштрующим твоего бесценного парнишку?
— А что делать, — криво улыбнулся вождь МакСвенов. — Он так похож на моего брата, что я вряд ли смогу стать ему хорошим учителем. Оберегать и заботиться надо о дочерях, сыновей же… и племянников беречь нельзя — иначе не выйдет из них хороших воинов.
— С тебя бочонок твоего драгоценного, трехсот летней выдержки, бренди, — притворно тяжело вздохнув, протянул Дункан, — так и быть, пострадаю за друга.
Друзья коротко рассмеялись, и тут же вновь посерьезнели, поглядывая на спеленного тьмой парня.
— Дункан обрадовал нас доброй вестью, что ты, наконец — то, нашёл свою избранную, — обратившись к Лиаму. произнес Тревис. — Поздравляю, вождь.
— Благодарю, — кивнул Лиам.
Светло — серые глаза вождя озёрного клана встретились с желтым. сверкающим взглядом Лиама.
— Мой племянник не спешит с обрядом, — пояснил своего другу внезапно возникшее напряжение Дункан.
Лиам, борясь со своим волкам, глухо зарычал.
— Никто не смеет мне приказывать.
Только смертник посмеет приказывать Лиаму МакГрегору, — опустив голову вниз — выражая тем самым свою покорность, заметил Тревис. Глава озёрного клана хорошо знал, на что был способен вождь МакГрегоров, а потому вовсе не чувствовал унижения от своего поступка.