— Что ты здесь делаешь?
— Гуляю, — пожала плечами девушка. — Так вы покажите мне вашего зверя?
Дункан усмехнулся.
— А с каких это пор, ты, девочка, стала понимать язык оборотней?
Милена прикусила язык — но было уже поздно."
"— Это зелье… зелье, которое сварила для меня наша ведунья, — призналась девушка.
Дункан же рассмеялся.
— Миледи, не существует зелий, которые позволяют людям понимать нас. Все дело в строении тела — и поэтому…
Дункан вдруг вскинувшись, посмотрел на свою невестку.
— В тебе течёт наша кровь!
— Что? — испугалась и даже попятилась Милена.
— Это единственная причина, по которой ты можешь понимать нас. Ты одна из нас.
Вожак клана Грейги усмехнулся.
— Надеюсь, это поможет тебе как — то принять и простить своего мужа.
Ни говоря ни слова больше, Дункан тут же стал оборачиваться, полностью принимая форму волка.
Милена тут же охнула, прижав ладонь к раскрытому рту.
Зверь был ужасен.
Когда — то черный огромный волк теперь выглядел жалко: с полностью голыми боками, покрытыми твёрдой коркой, с бельмом на одном глазу и частично порванной пастью, он казался больше поднятым из земли умертвением, а не живым существом.
Ощерившись, зверь обратился назад в человека.
— Зверь не хочет жить без своей суженой, — тихо произнёс Дункан. — Лиама ждёт тоже самое, если ты, в конце — концов не примешь его.
— Нет, — испуганно воскликнула девушка, попятившись назад, — нет…
И тут же позади неё открылся портал, откуда выскочил разгневанный Лиам.
— Дункан, если ты чем — то напугал мою жену, — зарычал было Лиам, но его фраза оборвалась сразу после того, как Милена буквально повисла на нём, обняв его за плечи.
— Что случилось, милая? — прижимая к себе трясущуюся девушку, ласково поинтересовался МакГрегор. — Этот гадкий оборотень напугал тебя?
— Да, — кивнула Милена и тут же замотала головой. — То есть, нет. То есть ты знал, что его волк погибает без суженой? Ох, Лиам!
Мужчина, всё так же нежно прижимая к себе девушку, взглядом показал Дункану, что ему пора удалиться.
— Я всё слышала, Лиам, — тем временем заплакала Милена, — Я слышала, что ты говорил Дункану про своего волка.
— Я не должен был давать ему волю, — покачал головой МакГрегор. — Мой поступок всё испортил.
— Нет… — тут же возразила Милена. — Никто из нас не всесилен. И у тебя тоже есть слабости.
Это было прощение.
Обняв покрепче жену, Лиам зарылся лицо в её волосы.
— Мир? — поинтересовался МакГрегор.