Бояна быстро разделась и последовала за своей госпожой…
Пар был такой густой, что почти ничего не было видно! Так, смутные тени… Сквозь небольшое окошко цветного стекла проникал дневной свет…
– Ах, хорошо как! Посидим немножко, погреемся. А потом в бассейн… Э-эй! Не спи, Тамия… Песню какую-нибудь спой.
– Песню?
Особо много песен Бояна не знала – ну, уж что смогла, что вспомнила… Начала было с колыбельной, да привередливая хозяйка тут же прервала:
– Э, нет, нет. Это грустная. Повеселее давай!
Повеселее Тамия знала.
– Веселую так веселую, – хмыкнула девушка. – Как скажешь, моя госпожа. Только… они не очень приличные… И немножко языческие.
– Вот, вот – такие и пой!
Что ж… раз уж просит…
Как-то девушки пошлиВ пляс, в пляс, в пляс…Тут и юноши пришли…День веселый Сатурналий,Сатурналий славный день!В этой псенке все подробно описывалось.
* * *– Ха-ха! Ой, Тамия! Ой, потешила… А ты не такая скромница, какой кажешься!
Еще бы… Скромницей Бояна-то и раньше только для отца и его друзей была. Точнее – казалась, как было заведено, для приличия. А уж, как попала в гнусное рабство… Вся скромность куда-то ушла, сгинула бесследно.
В бассейн прыгнули разом – служанка и госпожа. Поплавали, смыли с себя пот… К тому времени чернокожий слуга Давид уже принес корзину с вином и закусками.
Девушки вылезли из бассейна… Бояна заботливо обернула госпожу простыней…
– А ну-ка, повернись, – вдруг приказала Рашель. – Спиной повернись, говорю! Что это у тебя за шрамы?
Хозяйка осторожно погладила служанку по спине… От неожиданно нежного прикосновения этого девушка внезапно ощутила пробежавшую по всему телу дрожь, вовсе не неприятную…
– Это плети, моя госпожа…
– Вижу, что плети… Кто и за что?
– За… любовную связь…
– Ах, я почему-то так и подумала! Ох, бедолага…"
"Поцеловав служанку между лопатками, госпожа Рашель уселась на подушки, разбросанные по полу и приказала налить вина.