Забавно, ведь это она продала меня герам. Но ладно, сегодня встречусь с выделенными мне юристами. Накажу старую ведьму по-взрослому.»
Его слова звучали легко, но я знала — за шутками скрывается боль.
«Удачи. И... спасибо, что предупредил.»
«Не благодари. И не грусти. Сегодняшний вечер посвяти ашуру. Завтра я вернусь и испорчу вам всё романтическое настроение.»
Улыбнулась, представив его саркастичную ухмылку.
«Спокойной ночи, Кайс.»
«Спокойной, рыжеволосый гуманоид.»
Рассмеялась и отложила шейл. Гул города за окном сменился тишиной, отчего пустота номера стала ещё ощутимей.
Выйдя из кабины, обернулась в полотенце и высушила волосы. Накинув на плечи халат, и завязав пояс, развернулась к двери и вздрогнула от неожиданности, увидев в двери душевой Атишхара.
- Атиш, - прошептала я, совершенно не ожидая увидеть его так скоро.
- Прости. В комнате не нашел тебя, и не думая зашел в душ. Увидев тебя, беззаботно сушившую волосы, уже не смог уйти.
Атишхар стоял, прислонившись к косяку, его тёмные волосы были немного растрёпаны, а под глазами легли синеватые тени. Но когда его янтарные глаза встретились с моими, всё внутри перевернулось.
- Ты здесь, наконец-то... — успела прошептать, прежде чем бросилась к нему, босыми ступнями шлепая по полу, и вцепилась в него так, будто хотела вдавить в себя.
Он засмеялся — низко, с хрипотцой, обвив руками мою талию. Губы скользнули по его щеке, носу, губам, цепляя каждую выпуклость, как будто заново составляя карту его лица.
- Скучала? — его дыхание обожгло ухо, и я лишь глубже вжалась в грудь, вдыхая запах звездной пыли и металла.
Ладонью коснулась его волос, почувствовав легкую влажность. Кажется, перед встречей он решил привести себя в порядок. Да и лицо было идеально выбритым. Глупец. Надо бы сразу идти ко мне.
- Очень, - бормотала между поцелуями, не выпуская его из объятий.
- Алисса... — он попытался отстраниться, но я впилась губами в основание его шеи, заставив сглотнуть.
Он подхватил меня на руки, и мы вывалились в комнату, сплетенные, как корни древнего дерева. Его смех вибрировал где-то между ребер, когда я продолжала целовать уголки губ, подбородок, ямочку под ухом.
- Люблю. Люблю тебя, понимаешь? — слова вырвались сами, заставив меня замереть.