Я прошла к машине Марича и села за руль, включив зажигание – салон успел остыть. Мужчины копошились возле багажника автомобиля Бада, но вскоре устроились на сиденье позади меня, шурша пакетом.
– Алексей, ты всегда с собой спиртное возишь? – спросила я, выезжая на то, что здесь звалось дорогой.
– Конечно, я бы и цветы с мороженым с собой возил, но первые вянут, второе – тает.
Когда мы подъехали к шлагбауму, идея приехать сюда все еще не казалась мне удачной. Тем не менее мы въехали на участок и отправились в дом.
Бад выставил на стол содержимое своего пакета. Я поддержала компанию чашкой чая с лимоном, но вскоре и это показалось мне излишним. Пользуясь тем, что мужчины были увлечены спором о каких-то внутренних делах Ямы, я переместилась на кресло в паре метров от них. Оно оказалось очень удобным, и я прикрыла глаза, понимая, что могу наконец-то по-настоящему выдохнуть и расслабиться.
Блаженство мое длилось недолго. Ровно до тех пор, пока я сквозь сон не услышала свое имя в разговоре Серба и Бада.
– Давай ты попробуешь в следующий раз воздержаться от советов, – говорил Марич.
– Я переживаю за Полину, – отвечал Бад.
– Поверь мне, я переживаю в тысячу раз сильнее, но ты знаешь ее…
– Знаю.
– Если уж что-то втемяшилось ей в голову, то изгнать это можно только опытным путем.
– Главное, чтобы все эти опыты хорошо заканчивались.
Разговор казался мне крайне любопытным, но сон и накопившаяся за насыщенный день усталость были сильнее любопытства, и в конце концов я заснула.
Ненадолго открыв глаза, я вдруг снова оказалась на руках у Марича.
В ту ночь я многократно просыпалась, каждый раз отчаянно пытаясь нащупать Владана рядом с собой. Благо он спал тут же, по обыкновению время от времени вздрагивая во сне. Когда я в очередной раз открыла глаза, за окном уже было светло. Первым делом я повернулась на другой бок и столкнулась взглядом с Маричем.
– Осуждаешь? – нерешительно произнесла я.
– Люблю, – коротко ответил он и принялся меня целовать."
"В то утро мы проснулись от звонка Гены. Ничего нового он, к сожалению, не сообщил. Первоначальная версия после вскрытия подтвердилась – Алина умерла от нескольких ударов ножом в область груди и живота. Ни орудия, ни личных вещей в зоне поиска найти не удалось.