Роза Львовна оглянулась на шум и ободряюще улыбнулась девушке. Гладила по руке закашлявшегося мужа. Вздохнула, прислушиваясь к восторженному лаю Мисси:
— На поводок бы её взять.
Отдышавшись, супруг отозвался:
— Пусть побегает, полает, а то всё цыц да цыц. Слышишь, сколько радости?
Наташа осматривала сбившихся в группы туристов. Задержала взор на Людмиле Афанасьевне, успокаивающей женщин.
Искала Шамси. Ликовала: мост миновали благополучно, все целы. Только вот «шейх»…
Он стоял неподвижно далеко впереди спиной к автобусу на давно нехоженой дороге.
Девушка направилась к нему. Если у него окажутся закрытыми глаза, она не удивится. Вымокший низ платья неприятно холодил икры. Следовало бы переодеться в лёгкий спортивный костюм, но возвращаться в MAN не хотелось.
Шамси Лемма отошёл от автобуса, оставив за невидимой гранью его душный салон и шумных, несдержанных пассажиров.
Он любил ночь: остро пахнущую, безмолвную, возбуждающую. Она раскрывала тайны, тщательно хранимые в дневное время, обнажая их с наступлением сумерек, размывая грань между жизнью и смертью. Она давала укрытие желающим раствориться в ней.
Широкая тропа, густо заросшая травой и дикой короткой порослью, петляла через лес. Близко к ней подступали сосны и ели, кустарники группами.
Отовсюду нёсся писк и шуршание мелких зверюшек, слышалось хлопанье крыльев и крики крупных птиц.
Слышал неподалёку журчание воды. Не река. Ручей — глубокий и быстрый.
Шамси втянул носом воздух в лёгкие. Запах… Сладкий и маслянистый он щекотал ноздри, обволакивал горло приятной прохладой. Пьянил.
По спине проползла ледяная дрожь предвкушения.
Мужчина впитывал в себя ароматы леса — дикого, кристально чистого, нетронутого грязью городских каменных джунглей, не отравленного гарью и жёлтыми ядами дыма химических отходов, не изъеденного кислотными дождями.
Он понял всё. Он дома… А те, кто находится за его спиной? Как быть с ними?
Чувствовал между лопатками силу взволнованного взора зелёных глаз. Слышал приближающиеся шаги.
— На всё воля Всевышнего, — прошептал он, открывая глаза и всматриваясь в едва видную тропу под ногами.
До рассвета оставалось чуть более двух часов.
Глава 11
— Спасибо, господин Лемма, — услышал он голос той, от продолжения общения с которой отказался полгода назад.