Зачем бы ему делать это? Чтобы испытать сомнительное удовольствие наблюдать, как я просыпаюсь – остатки макияжа размазаны по лицу, в несвежем дыхании - запах вчерашнего виски, а волосы спутаны? Ведь я неспроста не любила, когда любовники оставались на всю ночь, и причина заключалась не только в том, что я им не доверяла или что они недостаточно мне нравились.
Выбравшись из постели, я нашла чистое белье и старую футболку, выглядящую так же неуютно, как я себя и чувствовала. Какая, в конце концов, разница? Здесь не было никого, кто мог бы увидеть меня – именно так, как я и предпочитала.
Я вышла в гостиную, оглядела кухню и диван, отметив про себя, что он тоже пуст.
Но проблема состояла в том, что пока я не была готова к этому. Мне нравилось контролировать происходящее, это правда. Кроме того, я не любила сюрпризов. Не знаю, что для меня стало большей неожиданностью – то, что Кейден ушел, или что я скучала по нему.
В больнице я тоже скучала по нему. Когда же он позвонил мне домой, я с трудом смогла сдержать дурацкую улыбку, хотя после и не смогла объяснить самой себе, что вызвало во мне такую реакцию. Я не привыкла к подобным эмоциям.
Огонек надежды вспыхнул в душе, стоило мне заметить на консоли мигающий огонек нового сообщения. Неторопливо я направилась к экрану, не понимая, что и кому пытаюсь доказать, запрещая себе броситься вперед бегом, и включила его.
Как только я увидела, что сообщение пришло от Луки, а не от Кейдена, что-то болезненно сжалось внутри, и захотелось швырнуть консоль прочь, как будто это помогло бы мне почувствовать себя лучше. Я пробежала глазами письмо – как обычно, краткое и по существу. Он сообщал, куда отбывает, и просил позвонить ему, когда я окажусь поблизости в следующий раз.
«Ты пыталась заставить меня приревновать, развлекаясь прошлой ночью с тем гражданским? Что ж, у тебя получилось.