Свежий ветер (СИ)

Однако в последний раз, когда я видела свой корабль, я с трудом пробиралась по его останкам, таща на себе пилота, в то время как мир вокруг нас полыхал огнем. А теперь я была здесь.

Меня часто называли невозмутимой, и это почти соответствовало истине – я всегда прятала свой страх так, чтобы никто не мог увидеть его. И сейчас глубоко внутри я практически кричала от паники и смятения, продолжая, тем не менее, хладнокровно смотреть вперед и отдавая приказы церберовцу, которого только что встретила.

Когда же мы наконец добрались до ангара, и вдобавок к голосу таинственная Миранда обрела и лицо, я вдруг вспомнила, что уже видела ее прежде – странный сон, полный резкого, яркого, ослепляющего света и боли.

Отчасти я до сих пор не сомневалась, что мне лгут, и все происходящее – лишь тщательно спланированный эксперимент, призванный оценить пределы моих возможностей. Не может быть, чтобы я проспала два года. Пока я не знала, что думать обо всем этом, а потому попросту вообще запретила себе любые размышления на эту тему.

Я была уверена лишь в том, что со станции можно выбраться только на одном летательном аппарате, а также что при необходимости я, пожалуй, сумею справиться с обоими церберовскими агентами даже в моем нынешнем состоянии. Судя по всему, Миранда пришла к таким же выводам, а потому сообщила мне, что только ей известен код доступа челнока и координаты единственной космической станции, до которой названный челнок в состоянии добраться.

И пусть ничего во взгляде женщины не давало повода усомниться в ее словах, она оставалась агентом «Цербера», а значит, наверняка была отлично обучена лгать.

И все же надо отдать должное этой организации – они на многое пошли, чтобы я выжила; Миранда была частью этой системы. В худшем случае я окажусь в каком-то нежелательном месте, и мне придется с боем прокладывать себе путь на свободу… после того, как я завладею обувью и более новым и усовершенствованным оружием мисс Лоусон.

Не обращая внимания на тревожные предчувствия, крепко сжав рукоять пистолета, я поднялась на борт челнока.

************"

"«Я хочу получить назад свои гребаные жетоны!» - заявила я, глядя на предоставленную мне новенькую восхитительную броню, однако в ответ услышала, что, во-первых, они канули в лету вместе с моей прежней броней N7, а во-вторых, теперь в них не было особой нужды, потому что все знали, кто я.

Но ведь дело вовсе не в этом. Мои жетоны значили для меня куда больше – они являлись моей отличительной чертой, моей жизнью.