Меня бесила сама идея, что за мной постоянно наблюдают. Пусть это и делал компьютер.
- Ты имеешь доступ к этой фоторамке? – спросила я, поворачивая в руках названный предмет.
- Да.
- Я хочу другие фотографии – со старой «Нормандии». Изображения моей команды. Ты можешь достать их?
Я знала, что ИИ теоретически в состоянии выполнить мою просьбу, однако я так же была уверена, что «Цербер» не упустит ни единой возможности манипулировать мною. Они вполне могли запрограммировать СУЗИ таким образом, чтобы она не напоминала мне о годах, проведенных на службе в Альянсе, или что-нибудь в этом роде.
На мгновение повисла тишина, будто СУЗИ обдумывала мою просьбу, а затем экран фоторамки мигнул, и на нем появились новые изображения.
- Эти подойдут? – казалось, в искусственном голосе прозвучала искренняя забота.
- Да, - ответила я, коснувшись пальцем одной из картинок и грустно улыбнувшись, разглядывая снимок, показывающий меня с Гаррусом за проверкой оружия перед миссией.
Я пролистала еще несколько фотографий, поражаясь тому, насколько хорошо оказалась задокументирована наша жизнь на «Нормандии». Вероятно, по большей части это заслуга принадлежала Кейдену. Он был достаточно сентиментальным, чтобы стремиться запечатлеть происходящее, и порой, подняв на него взгляд, я замечала, как он делал очередной снимок на свой инструметрон. Я не знала, как «Цербер» заполучил эти снимки, и, по большому счету, не желала знать.
На одной из фотографий был только Кейден, и моя рука на мгновение замерла над экраном. Он сидел за столом в кубрике, держа стакан, и смотрел мимо камеры так… так, как он смотрел на меня – с гордостью и обожанием, и, глядя в его теплые глаза, я знала, что он мог бы провести так весь день. Я открыла следующий снимок, сделанный той ночью, что мы играли в покер – до того, как все пошло наперекосяк. Вернувшись к предыдущей фотографии Кейдена и мысленно сопоставив два изображения, я поняла, что он действительно смотрел на меня.