Когда-то Лиара заметила, что у меня невероятно сильная воля. Кажется, она была права.
Наша вылазка на поврежденный корабль коллекционеров едва не обернулась провалом, а после Призрак заявил, что не сомневался в моих способностях и что утаивание фактов было вынужденным. Я прекрасно знала, что все это - гребаная ложь, однако ответила, что понимаю, почему он так поступил. Я сказала, что просто не люблю, когда меня испытывают после всего, через что я прошла, и хотя невозможно было сказать наверняка, но, кажется, Призрак поверил мне.
Да, все складывалось как нельзя лучше. Я сделала все, что могла, чтобы ни у кого не осталось незавершенных дел перед лицом самоубийственной миссии. Я помогла всем, кроме себя.
Я получила сообщение Кейдена спустя несколько дней после того, как оно было отправлено. Мой хомяк – до сих пор без имени – пищал без умолку, и я наконец достала из его клетки коммуникатор. Заметив горящий огонек, я подсоединила устройство к консоли и с неожиданным трепетом обнаружила, от кого пришло письмо.
Опустившись в кресло, я принялась смотреть прикрепленное видео. Я почти забыла те странные эмоции, отражавшиеся в его глазах, по которым мне всегда удавалось определить, о чем именно он думает. Его лицо, выдающее все его чувства, покрытые щетиной щеки – колючие и идеальные под моими пальцами. Его брови, сходящиеся на переносице, отчего на лбу появлялись тонкие линии всякий раз, как он пытался выразить словами какую-то тяжелую мысль.
«Пожалуйста, будь осторожна. Я… Я серьезно».
Когда видео закончилось, я осознала, что сижу с приоткрытым ртом и гляжу на его застывшее изображение так, словно если буду выглядеть достаточно несчастной, то он сойдет с экрана и поведает мне все то, что хочет сказать лично. Заставив себя отвести взгляд, я выключила консоль.