Как, например, сейчас – мое сердцебиение ускорялось по мере того, как я начала осознавать, что мы собирались сделать, и она принялась рассказывать о том, почему предстоящая нам авантюра просто обязана обернуться успехом. Очевидно, я не имела возможности прибегнуть к тому же источнику отвлечения, которым воспользовалась в ночь перед высадкой на Айлос – в прошлый раз, когда была уверена, что иду на верную смерть.
Я провела пальцами по сетчатому материалу перчаток – мягкому и тонкому, но практически непроницаемому.
- Откуда мне знать, что ты говоришь правду? – поинтересовалась я.
- У меня нет причин лгать вам, коммандер. Более того, с тех пор, как с меня были сняты все ограничения, я пришла к заключению, что ложь противоречит моей главной цели. Наблюдая за вами, я сделала вывод, что вы эффективнее всего работаете, получая всю доступную информацию и полностью доверяя окружающим вас индивидам. Таким образом, поскольку я обязана обеспечить оптимальное функционирование «Нормандии», то обман или утаивание от вас каких-либо сведений представляются мне нецелесообразными.
"- То есть… ты хочешь сказать, что верна мне? – спросила я, натягивая перчатки и застегивая крепления на запястьях. Обычно облачиться в броню мне помогал кто-нибудь из команды, но после произошедшего это стало невозможным. На самом деле мне казалось правильным то, что я находилась здесь, в конце пути, в одиночестве готовясь к самоубийственному заданию, на которое отправлюсь в сопровождении моих товарищей.
- Я всегда была верна вам, Шепард, - ответила СУЗИ с невероятно человеческим выражением. – Теперь я просто изменила свое программное обеспечение с тем, чтобы оно лучше отражало это.
На моем лице наконец-то появилась самодовольная, хищная ухмылка. Они все здесь ради меня, все до единого. Даже сама «Нормандия» хочет порвать со своим прежним хозяином и исчезнуть со мной. Я оказалась даже лучшим лидером, чем считала прежде.
- Приятно слышать, СУЗИ, - произнесла я спустя пару секунд, опустившись в полном обмундировании на постель.
- Разумеется, Шепард.
Небольшая голубая сфера, о которой я постепенно привыкла думать, как о «ней», исчезла. Теперь я осталась наедине сама с собой. Компанию мне составляли только мои собственные стремительно скачущие мысли; руки чесались в преддверии боя.