В мои размышления вторгся голос Джокера, сообщившего, что мы приблизились к Менае и что мне следует собираться. Стоя в своей каюте и глядя на рассыпанные таблетки, я думала только о том, как же мне хотелось послать все к черту и просто выспаться."
"Но времени на сон не было. Как всегда. После завершения миссии на Менае на моем корабле находился новый примарх, и собственно бой снова оказался не самым сложным заданием. Труднее всего было убедить всех, что мы на одной стороне. Виктус являлся военным, а не политиком, и это несколько облегчало задачу, однако он в считанные минуты понял то, на осознание чего у меня ушли годы: когда ты помимо своей воли становишься лидером, личные интересы перестают иметь вес, потому что внезапно от твоего решения зависят миллионы – миллиарды – жизней.
По крайней мере Гаррус снова находился рядом – надежный друг, так нужный мне сейчас. Я не смогла удержаться от того, чтобы схватить его за руку и обнять, нуждаясь в физическом доказательстве того, что, несмотря на обстановку на Палавене, он был жив.
Я рассказала ему про Кайдена, про то, как замешкалась, а он заплатил за это страшную цену. Гаррус не присутствовал при описываемых событиях, а потому не сказал ничего глупого вроде «Это не твоя вина» или «Ты ничего не могла сделать», и я была благодарна ему за это. Вместо этого он заметил, что Кайден хотел бы, чтобы я продолжала делать то, что у меня получалось лучше всего.
Если бы мы не провели вместе те несколько коротких месяцев, если бы никогда не пересекли черту, я бы сделала именно это. Да, давным-давно между нами существовали такие отношения, но я не знала, возможно ли вернуться назад.
Погруженная в эти мысли, я проходила мимо БИЦа, когда Саманта сообщила, что Кайден прислал мне сообщение. Это означало, что он достаточно пришел в сознание, чтобы думать обо мне, и достаточно пришел в себя, чтобы печатать. Радость, вызванная этими новостями, вдруг омрачилась обидой, до сих пор снедающей мою душу.