– Может быть, ты поможешь мне?
- Как? – спросила она и обвила ногами мою скрытую броней талию, когда я приподняла ее одной рукой.
- Мне нужно, чтобы ты закрыла глаза, - сообщила я, глянув на девочку и постаравшись показать ей, как это важно. – Закрой глаза и не открывай их, пока я не скажу. Сможешь?
Она сморщила свое грязное личико.
- Непохоже, что это как-то поможет.
Я растерянно приоткрыла рот, глядя в ее яркие умные глаза, словно бросающие мне вызов солгать ей после всего, что случилось сегодня.
- Тогда сделай это для меня, - попросила я. – Закрой глаза и посчитай до ста, хорошо?"
"Девочка послушно зажмурилась и прижалась лицом к моему плечу, а я стала спускаться по лестнице. Ее черные кудрявые волосы пахли дымом и машинным маслом, а также чем-то цветочным, и, казалось, подобному мягкому запаху не было места на этой пустоши. Достигнув земли, я достала пистолет и, ухватив его покрепче, обернула обе руки вокруг крошечного тельца девочки, чувствуя себя так, будто мы прилетели на эту планету только ради нее.
Я перешагивала через тела церберовцев и гражданских, ненавидя эту войну за то, что она заставляла делать людей, чему стала причиной. Я даже смогла бы оправдать Жнецов – в конце концов, они были лишь безмозглыми машинами, но действиям «Цербера» не было прощения. Во время войны жертвы неизбежны, но ничто – даже победа – не стоило такого отношения к невинным жизням. Я надеялась, что мне удастся отправить Жнецов назад в ад, оставшись человеком.
Сбоку мелькнуло что-то в цветах «Цербера», и я выстрелила в повороте, попав в одинокого бойца, бегущего к укрытию.
«Черт бы тебя побрал!» - с горечью подумала я.
Джесс даже не пошевелилась, только сильнее стиснула вокруг меня руки, когда прогремел выстрел, и продолжила считать.
Я уже видела «Нормандию» - она находилась совсем рядом, на платформе, окруженной солдатами, обеспечивающими безопасность окрестностей.
- Эй, посмотри, - тихо сказала я, убирая пистолет в кобуру. Джесс подняла голову, но так и не открыла глаз.