– Вы подонок!!!
Но Маркус как будто искренне удивился.
- Ни в коем разе! Я же не насильник. Всё только по обоюдному согласию. А тот факт, что вы еще здесь, говорит мне о том, что вы согласны.
Молодой человек поднялся на ноги, сбросил камзол и начал стремительно расстегивать рубашку, обнажая гладкую мускулистую грудь.
Я зажмурилась, чувствуя ужас и отчаяние. Зашептала молитву и снова попыталась встать.
- Пожалуйста, не надо… - прошептала так тихо, что он, наверное, даже не расслышал, а когда его горячее дыхание коснулось моего лица, я впала в самый настоящий ступор.
- Так вы согласны, моя прекрасная коварная леди? – шепнул Маркус, часто и взволнованно дыша. - Покажите мне свой хваленый огонь страсти, который раздариваете всем желающим направо и налево…
А потом прикоснулся губами к моим губам, игнорируя тот факт, что я всеми силами пыталась отвернуться.
В тот же миг дверь в комнату стремительно распахнулась, и я в ужасе увидела в проеме мрачную фигуру Юлиана.
— Вот они!!! – послышался из-за его спины визгливый голос Ариадны.
Глава 26. Обряд...
Огромный темный дракон взвился в воздух и стремительно взлетел в небо, создав во дворе поместья такой поток воздуха, что в ряде окон на верхнем этаже потрескались стекла. Вслед за ним рванул дракон немного меньшего размера с более светлой серебристой чешуей, но не смог угнаться за первым, как ни старался.
Этих драконов на фоне заката видели даже жители ближайшего города, что вызвало некоторый переполох.
"- Драконы объявили нам войну??? – закричали на площади - Они нарушили границы???
Слух понесся дальше, ворвался в городскую канцелярию, всполошил местного губернатора, который поспешил отправить весточку в столицу.
Что вообще происходит???
Меж тем темный дракон уверенно летел в горы, даже не интересуясь переполохом внизу. Казалось, его сердце заледенело вместе со снежными шапками острых скал впереди, подпирающих небо.
Наконец он опустился на широкую каменную площадку естественного происхождения.
Дракон стремительно обернулся человеком, замерев прямо перед пропастью подобно каменному истукану. Одет был очень слабо: тонкая белая рубашка надувалась от ветра, как парус. Черные длинные волосы неистово вздымались вверх, падали вниз и рассыпались по плечам, став игрушкой разыгравшейся стихии.