Мучительное и невыносимо приятное, — мужские пальцы скользнули по щеке, поглаживая и лаская. — Такая нежная, такая хрупкая, такая невинная и моя, — бархатистый голос окутывал, проникал, отдаваясь легкими искорками по телу. — Тебе достаточно просто быть рядом, и я теряю покой, — Эля прильнула к мужской руке, накрывая ее своими пальцами. Перехватив инициативу, скользнула губами по ладони, вырвав тихий рваный вздох из груди князя. — Сегодня я не смогу тебя отпустить, — на мгновение Темный прислушался к сердцебиению девушки, сильному и неровному.
— Не отпускай, — слова слетевшие с нежных губ, отозвались жаром.
Девичьи ладошки боязливо поднимались по литой мужской груди. Затаив дыхание, огладила плечи, чувствуя под пальцами стальные мышцы.
Мышцы напряженные до предела."
"Увлеченная исследованием мужского тела, Эля прикусила пухлую губку. На щеках заалел румянец, а запах возбуждения витавший в комнате, выкручивал Темному жилы, заставляя напрягать руки, пресс и спину под ласковыми прикосновениями.
Спустившись взглядом к ремню брюк, Эля замерла. Под тканью отчетливо проступала возбужденная мужская плоть.
— Теперь моя очередь, — Александр перехватил ладошки, закинул девичьи руки себе на шею. Крепкие пальцы прихватили волосы у корней, а твердые губы, выкладывали никому неизвестный узор из влажных поцелуев.
Губы коснулись маленького круглого ушка, вырывая слабый стон. Захватывая мочку, ласкал языком, поигрывая: то отпуская, то вновь захватывая в рот.
— Моя Княгиня, — шепот прошелся мурашками по телу.
Наконец, мужские губы отвлеклись от истязания ушка и коснулись уголка рта.
Первое нежное прикосновение переросло в яростную схватку. В которой никто не хотел уступать.
Эля с жадностью впивалась, перехватывая инициативу. Острый язычок смело коснулся губ Тёмного, проникая, исследуя и дразня.
В ответ крепкие руки впечатывали хрупкое девичье тело в мужскую грудь, с силой, до легкой боли. А губы терзали, заставляя хватать воздух, когда предоставлялась малейшая возможность.
Раздался звук разрываемой ткани. Пальцы коснулись ворота платья, освобождая хрупкие плечики и очерчивая ключицы.
Еще одно варварское движение и Эля чувствовала прохладу комнаты обнаженной спиной.
Третий рывок, ткань огладив бедра девушки, упала к аккуратным ступням.