Их оказалось сорок семь штук. Гуров взял один пакетик и стал его рассматривать. Не хватает трех, Оксана не продала ни одного. Три пакетика по пять граммов смертельного порошка в каждом. 15 граммов отравы, с учетом того, что это втрое превышает смертельную дозу для человека. Случайность? Закономерность? Злой умысел?
– Алла Дмитриевна, вы разбираетесь в этом. Скажите – это стандартный вариант крысиного яда?
– Чаще он выпускается в виде готовых приманок по сто граммов. Иногда брикетами или в виде мелких комочков.
Продавщица как будто очнулась, посмотрела на фельдшера и с готовностью закивала головой:
– Да, да, я поэтому такую отраву взяла, что она дешевле. Кому тут дорогую-то продавать?
– Оксана, – положив пакетик в коробку, подошел к ней Лев.
Он еще не договорил до конца, как глаза продавщицы вдруг стали страшно расширяться. Оксана зажала рот рукой и обессиленно опустилась на деревянный ящик. Было заметно, что ее трясло, как в ознобе, кулачки побелели, так сильно она их стиснула, прижимая к лицу.
– Ну, Оксана! Успокойся, девочка! – начал успокаивать ее сыщик, присаживаясь рядом. – Все будет хорошо, ведь теперь мы все знаем, правда.
– Тут, – вдруг ткнула рукой продавщица в крайний стеллаж. – Я вспомнила! Я вот сюда ставила коробку с крысиным ядом. Тут у меня средства для выгребных ям, моющие средства. Я вспомнила, что сидела за столом, и мне все время в глаза бросалась дохлая крыса, нарисованная на коробке.
– Оксана, кроме Игоря никто не мог взять яд? – перебил ее Лев.
– Никто, – с горечью проговорила женщина.